СТАНЬ VIP

Хроника войны

Хроника войны

Сообщение Sergio » 07 май 2007, 06:15

Много ли людей знает как развивалась война по освобождению Арцаха от азеров?
Я был не приятно удивлен, обнаружив, что азерская пропоганда развернутая по масс-медиаво много превосходит нашу. Много ли вы знаете о Ходжале?
Или о взятии Шуши? Агдана?

Между тем нас во всем мире предствляют как оккупантов, зверей, которые за одну ночь вырезали более 600 мирных жителей Ходжалы. А если копать глубже?

_______________________________________________________________________________________________________


СТРАТЕГИЧЕСКОЕ ЗНАЧЕНИЕ ХОДЖАЛУ

Значение Ходжалу трудно переоценить как для нас, так и для азербайджанской стороны. Деревня эта располагалась на трассе Степанакерт-Аскеран, фактически блокируя райцентр. Кроме того, Ходжалу практически отрезал северную часть Арцаха от южной. Для полноты картины добавлю, что на территории Ходжалу находился единственный в Арцахе аэропорт, связывающий осажденный армянский край с внешним миром. Словом, и мы, и азербайджанцы прекрасно понимали стратегическое значение этой деревни. Это означает, что обе стороны готовились к схватке за Ходжалу.
Начиная с 1989 года, Азербайджан стал усиленно застраивать и населять Ходжалу. В частности, туда заселили свыше тысячи выселенных из Узбекистана турок-месхетинцев. Кроме месхетинцев, а также добровольцев-азербайджанцев, в Ходжалу перебрасывались вооруженные подразделения. В результате подобной целенаправленной политики по изменению демографической ситуации, население деревни фактически утроилось с 1989 (2135 чел.) по 1991 год (6300) (Московский правозащитный центр "Мемориал". Независимая газета, 18.06. 1992) В 1991 году Ходжалу получил статус города.
Азербайджан, однако, не ограничивался чисто демографическими мерами. Баку усиленно вооружал город, не жалея для этого ни сил, ни средств. Так, в зоне Ходжалу и ближайшего азербайджанонаселенного райцентра Агдам на вооружении у азербайджанских вооруженных сил находилось свыше 35 тысяч автоматов и пулеметов, укомплектованных достаточным количеством патронов (К. Столяров. Распад: От Нагорного Карабаха до Беловежской пущи, Москва, 2001, стр. 268) Кроме того, в середине февраля 1992 года, перед своим вылетом в Минск, на саммит СНГ, президент Азербайджана Муталибов распорядился о переброске в Агдамский район 11 танков и 12 БМП-2, которые должны были защитить Ходжалу и угрожать Степанакерту (К. Столяров. Указ. работа, стр. 251)
Наша разведка, конечно, знала об этих приготовлениях Азербайджана, и прекрасно понимала всю сложность подавления огневых точек города и деблокировки аэропорта. С другой стороны, мы хорошо понимали, что без решения этой сложной задачи дальнейшая оборона Арцаха от противника теряла смысл, ибо Арцах не был в состоянии долгое время находиться в блокаде. В крае уже был голод. Как писала российская правозащитница-журналистка Анжелика Чечина: "21-25 января была в Степанакерте. В городе по-прежнему нет ни электричества, ни воды. Вода достается с таким трудом, что стыдно пить чай. Талоны на продукты отоваривать нечем. В городе уже есть случаи опухания от голода... Степанакерт напоминает кинохронику блокадного Ленинграда" ("Новое время", № 8, 1992)
В Азербайджане прекрасно осознавали сложившуюся в Арцахе ситуацию. Они также понимали, что армяне обязательно попытаются подавить огневые точки в Ходжалу и разблокировать аэропорт. Именно поэтому, а также желая уменьшить интерес армян к стратегически важному поселению, Муталибов распорядился разрушить взлетно-посадочную полосу и аэродромное оборудование аэропорта (К. Столяров. Указ. работа, стр. 255)
Но штурм Ходжалу имел для армян еще одно, не менее важное, чем прорыв блокады, обстоятельство: Степанакерту, особенно с учетом наращиваемого Азербайджаном военного кулака в Агдаме, необходима была глубоко эшелонированная оборона. Наличие быстро растущего и хорошо вооруженного азербайджанского города серьезно осложняло оборону столицы НКР. Таким образом, возникла насущная необходимость превентивного, упреждающего удара.
Исходя из сказанного, становится ясно, что обе противоборствующие стороны придавали Ходжалу особое, стратегическое значение. Новорожденный город обречен был стать ареной жестоких сражений. Именно к этому и готовились обе стороны.

ПОДГОТОВКА К ШТУРМУ

Необходимость подавления огневых точек в Ходжалу понималась всеми. Однако все так же хорошо понимали и сложность этой задачи. С другой стороны, армянские формирования уже были вооружены гораздо лучше, чем всего несколько месяцев назад. Дело в том, что в самом конце осени 1991 года армянской стороне удалось разоружить дислоцированный в Степанакерте милицейский полк и овладеть его оружием и боеприпасами. Полк это в cвое время был прислан к нам руководством МВД СССР, и должен был препятствовать межнациональным столкновениям в Арцахе. Однако в преддверии распада СССР командование полка было растеряно, а рядовым служащим вовсе не хотелось ценой собственной крови защищать имущество умирающей страны. Ну и переговоры тоже, конечно, сыграли свою роль. Тем более, что с нашей стороны переговоры велись людьми, настроенными достаточно решительно.
Как бы там ни было, вооружение полка, в том числе бронетехника, оказалось в наших руках. Кстати, именно то обстоятельство, что наступающие на Ходжалу армяне задействовали три БМП, и использовали затем азербайджанцы в своей пропаганде. Они по сей день пытаются убедить мир, что в наступлении на Ходжалу принимали участие подразделения дислоцированного в Степанакерте 366 полка МО СССР. Однако, как видим, у нас не было необходимости в сторонней помощи.
К операции мы готовились более чем основательно. И хотя автор данных строк имеет под рукой всю статистику по бою, тем не менее, я пока воздержусь от публикации общей цифры принимавших участие в бою ребят. Скажу только, что ко времени штурма Ходжалу в армянских формированиях произошли качественные изменения, и это касается не только вооружения. Отмечу, хотя бы, один факт: многие из наших добровольческих отрядов уже разрослись до уровня рот.
Операцию разрабатывал и управлял ею Командос, он же ею и командовал. На составленной им и приведенной в данной работе карте видно, что наши подразделения должны были войти в Ходжалу с четырех направлений. Первое направление - со стороны Мехтишена. С этой стороны шли отряды Сасуна, Сурена, Левона, Акопа, Виталия, Афо, а также ребята шестой роты. Второе направление - со стороны Норагюха. Отсюда в наступление шли ребята из третьей и девятой роты (командиры - Тигран и Юра), а также отряды Арамо, Гагика и Эдика. С третьего направления, со стороны села Катук, шли бойцы первой роты - командир Ашот Гулян (Бекор), второй роты - Карен Бабаян (Каро), четвертой роты, отряд Альберта и сборная добровольцев из Баллуджи и Керта. Пожалуй, самым важным направлением было четвертое, обозначенное в Боевом приказе и Расчете сил и средств как спецнаправление. По этому направлению наши солдаты должны были войти на территорию аэропорта, откуда можно было пробраться в центр города. Именно в этом направлении действовали наши БМП, а также небольшой мобильный отряд Смбата.
Не забыть бы сказать, что со стороны большей части правобережья реки Каркар наши отряды не действовали. Это пространство предназначалось для выхода мирного населения и отступления азербайджанских аскеров. Мы стремились избежать больших потерь среди мирного населения. Кроме того, мы понимали, что если у азербайджанцев не будет возможности бежать, то они вынуждены будут отстреливаться до последнего. На исход операции это, конечно, не могло повлиять, но мы старались избежать лишних жертв.
Во время подготовки операции выяснилось, что не все наши командиры, бывшие крестьяне, рабочие, инженеры и т.д., умеют читать карту. Выход из этой ситуации нашелся довольно оригинальный. Пригласили степанакертского архитектора, кажется, Степанян Володя, который взялся изготовить макет города. В роли "строителя" выступал прапорщик Самвел. Ребята потрудились на славу и течение одной ночи изготовили макет Ходжалу, точную копию города со всеми новостройками.
После того, как операция была "решена на карте и пройдена на макете", настало время довести до сведения каждого из командиров поставленную перед ним задачу. Одновременно ребятам объяснялась важность предстоящей операции. Все понимали, что жертвы неизбежны, и хотя в глазах ребят чувствовалась решимость, тем не менее, необходимо было подбодрить и воодушевить их, объяснить, что операция продумана до мельчайших подробностей, и жертв будет немного.
Именно в это время произошел случай, из-за которого начало операции было отложено на четыре дня. Не помню точно, 19 или 20 февраля было проведено собрание, на котором Командос уточнял отдельные детали операции и давал командирам рот и отрядов последние наставления. После собрания я отправился на работу, но минут через 20 мне позвонил Хачатрян Ашот и попросил срочно вернуться в штаб. Поняв, что произошло что-то неординарное, я поспешно вернулся в штаб. У входа мне встретился Вардан (Душман), который был буквально взбешен, другого слова не могу подобрать. Он ругался по адресу "ничего не понимающего генерала" (речь Вардана была значительно более выразительной). Слегка успокоив его, я быстро взбежал по лестнице и, войдя в комнату Командоса, оказался свидетелем окончания нелицеприятного разговора между ним и приехавшим в Степанакерт из Еревана "высоким военным чином".
Надо сказать, что в описываемое время высокопоставленный военный чиновник находился в штабе. После окончания собрания он зашел к ребятам и принялся "укреплять их боевой дух". Он поведал командирам, что, согласно военной науке, при взятии укрепленного населенного пункта атакующая сторона теряет от 25 до 30% личного состава. Не мудрено, что ребята растерялись. Каждый из них знал, что на одного погибшего в бою приходится, как правило, 3-4 раненых. С математикой у нас было неплохо, а математика "высокого чина" предсказывала полный выход из строя наших ребят, даже в случае успешного завершения операции. В это время в комнату вошел Командос, который, быстро оценив ситуацию, отменил операцию. После этого "высокий чин" стал обвинять Командоса, что он срывает стратегически важную боевую задачу. Завязался неприятный разговор, конец которого я и застал.
"Высокий чин" утверждал, что идущие в бой ребята должны знать правду. Командос этого не отрицал, только правда состоит в том, что жертв будет сравнительно немного, чего никак не может понять "высокий чин". Тогда приезжий неожиданно высказался в том духе, что он, как старший по званию, отстраняет Командоса от должности. Теперь уже разозлился Командос, речь которого обильно стала перемежаться профессиональным виртуозным матом российской армии. Таким доходчивым способом он быстро объяснил "высокому чину", что никто не вправе отстранять его от должности, поскольку никто и не назначал его командиром. Его выбрал народ. Приезжий чин ретировался, после чего мы вернулись к ребятам.
Необходимо было вновь поднимать их моральный дух, объяснить им, что "высокий чин" всю жизнь учился и действовал согласно инструкциям, выработанным в странах, где с количеством жертв на войне не считаются. Ребятам говорилось, что малочисленный армянский народ не имеет права воевать по таким инструкциям, что нам дорог каждый солдат, что операция разработана так, чтобы максимально избежать жертв. Попутно ребятам еще раз напомнили содержание приказа № 1. ("Дрошак", № 1, 2004)
Как бы там ни было, операция началась с опозданием, как теперь хорошо известно, 25 февраля, в 23-00.

ВЗЯТИЕ ХОДЖАЛУ

Ходжалу - обратите внимание на карту - являлся хорошо укрепленным городом, с практически неограниченным количеством оружия и боеприпасов. Наша разведка, что вполне естественно, давно уже изучала Ходжалу, стараясь выявить места дислокации азербайджанских войск, складов с боеприпасами, а также наиболее укрепленные места города. Призванные оборонять город азеры установили пулеметы со всех возможных сторон наступления армян. Кроме того, на самых опасных участках были возведены бетонные укрытия, а дороги перекрыты бетонными же плитами. В городе были БТРы и две установки залпового огня системы "Град". Добавлю к этому, что все основные подступы к Ходжалу представляли равнинную местность и свободно простреливались. При всем этом, оборона города была сломлена достаточно быстро, что потом дало возможность азербайджанской стороне говорить о предательстве в высших властных структурах Баку.
На самом деле успех операции был обеспечен до мелочей продуманным планом и удивительно слаженными и мужественными действиями наших отрядов. Сама операция началась с артиллерийского обстрела, интенсивность которого была весьма ограничена имеющимися у нас возможностями. Однако выстрелы были достаточно эффективными, поскольку огонь велся по заранее выявленным разведчиками местам скопления вооруженных сил азеров. После этого наши ребята перешли в наступление одновременно со всех четырех направлений.
Отряды четвертого - специального - направления на трех БМП ворвались на территорию аэропорта, и, обойдя, бетонные плиты, вырвались на открытую местность, откуда простреливался весь город. В это же время наступающие со стороны Мехтишена отряды уничтожили один БТР и, пройдя мимо домостроительного комбината, закрепились на высотке, откуда открыли прицельный огонь по дислоцированному рядом отделению милиции.
Второе крыло Мехтишенского направления обошло домостроительный комбинат с другой стороны и, оставив за собой бетонные укрытия азеров, уничтожили опорный пункт ОМОНа на кладбище. С занятого пункта ребята взяли под контроль как подступы к аэропорту со стороны азербайджанцев, так и центр города.
Так же успешно развивалось наступление и со стороны Норагюха. Здесь наши отряды также разделились на два крыла, которые окружили два новых квартала города, уничтожили опорные пункты азербайджанцев и стали вытеснять азеров к реке. Одновременно эти ребята взяли под контроль трассу Агдам-Аскеран-Ходжалу-Степанакерт и уничтожили находящийся на подступах к городу еще один пулеметный расчет.
Наконец, третье направление, со стороны села Катук. Ребятам выпала задача спуститься со стороны Катука и, также разделившись на два крыла, захватить молочно-товарную ферму, уничтожить два пулеметных расчета и ворваться с двух сторон в наиболее густонаселенный центральный район города. После этого они должны были "оседлать" дорогу Степанакерт-Ходжалу-Аскеран-Агдам уже со стороны столицы Арцаха и начать вытеснение азербайджанцев к реке.
Все наши отряды справились со своим заданием на "отлично". И хотя никто из нас не сомневался в конечном успехе операции, все же, откровенно говоря, мы не ожидали столь быстрой победы. Примерно в 01-15 минут 26 февраля я надел наушники нашей технической разведки, чтобы послушать переговоры азербайджанских радистов. Минут через десять-пятнадцать мне посчастливилось перехватить радиосообщение командира обороны Ходжалу Алифа Гаджиева. Он матерился в адрес Муталибова, бакинцев, агдамцев и шушинцев, и сообщал, что они, вслед за мирными жителями, покидают Ходжалу по оставленному армянами коридору. Сняв наушники, я быстро прошел к Командосу, поздравил его и сообщил о радиоперехвате. Операция по взятию Ходжалу приближалась к концу. Фактически с этого момента организованное сопротивление азербайджанцев было сломлено, лишь небольшая группа нашла укрытие в пятиэтажном доме и выказывала признаки защиты. К четырем часам утра 26 февраля часть из них была уничтожена, а оставшиеся в живых сдались.
Операция по уничтожению огневых точек в Ходжалу и разблокированию аэропорта явилась крупным успехом наших нарождающихся вооруженных сил. Однако она неожиданно для нас получила широчайшую международную огласку и резонанс. Азербайджан обвинил армянскую сторону в массовом уничтожении жителей Ходжалу и, надо сказать, ему удалось достичь в этой пропагандистской деятельности ощутимых успехов. С другой стороны, спустя сутки после операции сотни жителей Ходжалу действительно были найдены убитыми. Что же произошло на самом деле?

СУДЬБА ЖИТЕЛЕЙ ХОДЖАЛУ - 1

В другом месте и в другой работе мне уже приходилось писать о том, что после взятия Ходжалу наши войска нашли там одиннадцать трупов мирных жителей. Это, естественно, без учета погибших членов вооруженных отрядов, одетых в военную форму. Война есть война, и все усилия наших ребят полностью избежать жертв среди мирного населения, как видим, не увенчались успехом. Судя по характерным ранам, они погибли во время предваряющего наступление артобстрела. Еще несколько сот жителей Ходжалу не воспользовались предоставленным для их выхода коридором и остались в городе (об их судьбе еще будет рассказано в данной работе). Где же погибла основная масса ходжалинцев, и, самое главное, как они были убиты?
Начну с того, что азербайджанская пресса подтверждает тот факт, что у армян был приказ не стрелять по женщинам и детям ("Азадлыг", 26.02.1992). Тот факт, что нами был оставлен коридор для безопасного выхода мирного населения из зоны боев, кажется, так же подтверждается всеми, в том числе и азербайджанскими источниками. Чтобы не быть голословным, приведу несколько выдержек из азербайджанских и нейтральных источников. Мэр Ходжалу Эльман Мамедов: - "Мы знали, что этот коридор предназначен для выхода мирного населения..." ("Русская мысль", 3 марта, 1992 года, цит. по "Бакинскому рабочему"). "О существовании гуманитарного коридора азербайджанцы были извещены армянской стороной и громкоговорителями, однако не исключено, что большая часть населения Ходжалу могла не услышать эти сообщения. ("Независимая газета", 18. 06. 1992). Аяз Муталибов, президент Азербайджана: - "Общий фон рассуждений таков, что коридор, по которому люди могли уйти, армянами был оставлен" (Независимая газета", 02. 04. 1992).
Кроме того, задолго до штурма мы, в том числе и я лично, неоднократно предупреждали Баку и собственно Ходжалу, что готовим операцию по взятию Ходжалу. Эти наши сообщения преследовали две цели: а) посеять в стане соперника панику и вынудить мирное население покинуть город; б) мы понимали, что отсутствие мирного населения дезорганизует азербайджанских солдат, уменьшит, так сказать, их желание защищать город.
Вот откровение одной из жительниц Ходжалу: - "Армяне выдвинули ультиматум... что для жителей Ходжалу лучше оставить город с белым флагом. Алиф Гаджиев сообщил нам об этом 15 февраля, но это не испугало меня и других. Мы никогда не верили, что они смогут взять город" (T. Goltz, Azerbaijan: Reguiem for a would-be Republik, ISIS, Istanbul, 1995) Мэр Ходжалу Эльман Мамедов: - "после получения известия о готовящейся операции по взятию города, я попросил Агдам отправить вертолеты для эвакуации стариков, женщин и детей. Нас уверяли, что готовится операция по разблокированию. Но помощь так и не пришла". ("Megapolis-Express", № 17, 1992) Данный факт подтверждают и чисто азербайджанские источники: "24 февраля в Агдам звонил мэр Ходжалу Э. Мамедов, который проинформировал о предстоящем нападении и попросил вертолеты, чтобы вывести стариков, женщин и детей. Помощь так и не пришла" (Ходжалу. Хроника геноцида. Составитель - Эльмира Ахундова. "Азербайджанское государственное издательство", Баку, 1993, стр. 16)
Тем не менее, предупреждения армянской стороны возымели свое действие, и значительная часть населения покинула город до 25 февраля. Массовый исход населения из Ходжалу неоднократно визуально фиксировался военной разведкой НКР, а также широко освещался в прессе и по азербайджанским радио и телевидению. При этом азербайджанская пресса целенаправленно формировала отрицательное отношение к покидающим город жителям и клеймила их позором. Именно из-за препятствий, чинимых властями, немалая часть жителей Ходжалу не смогла покинуть город до начала военных действий.
Из отмеченного числа 734 человека по разным причинам не смогли покинуть Ходжалу по оставленному для них коридору. Все они были перевезены в Степанакерт, во двор производственного автотранспортного объединения (ПАТО), куда к началу операции был передислоцирован штаб Сил Самообороны НКР. Армянской стороной были переданы им около ста овец, чтобы люди могли готовить себе обед согласно мусульманским обычаям.
Надо сказать, что почти все они представлялись турками-месхетинцами, поселенными в Ходжалу против их воли. И хотя в наших планах было вернуть всех жителей Ходжалу азербайджанской стороне, люди подобной невинной ложью надеялись на снисхождение с нашей стороны. Тем не менее, необходимо было поговорить с каждым из них, выявить возможные военные тайны, наличие спрятанных боеприпасов и т.д.
Я владею как азербайджанским, так и узбекским языками, откуда прибыли турки-месхетинцы. По этой причине председатель Государственного Управления национальной безопасности НКР Ашот Хачатрян попросил меня побеседовать со всеми ходжалинцами, оказавшимися в ПАТО. Примерно половина из них действительно были месхетинцами, которым за последние годы уже второй раз приходилось испытать горечь беженства. Мы предложили несчастным остаться в Ходжалу, гарантируя их безопасность, однако они отказались. Интересно, что отказ их мотивировался обыкновенным страхом перед азербайджанцами. Месхетинцы знали о сконцентрированном в Агдаме азербайджанском военном кулаке, и считали, что если тем удастся взять НКР, то они будут убиты как "предатели" интересов ислама. (В качестве не лирического отступления скажу, что годы спустя один из бывших "пленных" месхетинцев встретился мне в Ставрополе на базаре, где он продавал сыр. Турок жаловался на жизнь, радовался, что зимой 1992 года вместе со своей семьей оказался в "плену" и горько сожалел, что его соплеменники не согласились на наше предложение остаться в Ходжалу)
В разгар "познавательной" беседы с ходжалинцами прибыла Жанна Галстян и привела с собой 6-7 иностранных журналистов, желающих поговорить с жителями Ходжалу. Препятствий им мы чинить не стали, и они прошли в одну из комнат, где находились ходжалинцы. Потом уже Жанна с нескрываемым удовлетворением рассказывала, что в ответ на соболезнования одного английского журналиста, что, вот, мол, вы оказались в плену, месхетинцы чуть ли не хором стали говорить, что они не считают себя пленниками. - "В плену мы были в Ходжалу, куда нас заселили против нашей воли. А здесь мы в безопасности".
Как бы там ни было, 28 февраля все ходжалинцы, без всяких предварительных условий, были переданы азербайджанской стороне. Факт добровольной передачи Азербайджану жителей Ходжалу, после тщательного расследования, был подтвержден в заключении Московского правозащитного центра общества "Мемориал", а также засвидетельствован в документальном фильме петербургской журналистки Светланы Кульчицкой.
Таким образом, оставшиеся в городе ходжалинцы оказались в безопасности, чего не скажешь о тех, кто с началом штурма покинул город.

СУДЬБА ЖИТЕЛЕЙ ХОДЖАЛУ - 2

Утром 26 февраля в Степанакерт, председателю Верховного Совета НКР Артуру Мкртчяну позвонил президент Азербайджана Аяз Муталибов, который и проинформировал армянскую сторону о многочисленных жертвах среди ходжалинцев. А. Мкртчян с недоумением ответил: - "О чем вы говорите? Жителям был предоставлен коридор. Они покинули Ходжалу до того, как он был занят. Часть ваших людей у нас в Степанакерте. Мы их кормим, хотя продуктов не хватает самим. Так что разберитесь, вас неправильно информируют" ("Независимая газета", 02. 04. 1992) Положив трубку, Артур Мкртчян обратился ко мне с просьбой разобраться в этом вопросе. Я ответил, что разбираться не имеет смысла, так как я зашел к нему прямо с места событий, что больших жертв не было и не могло быть. Тем не менее, вместе с А. Хачатряном и В. Балаяном мы вновь поехали в Ходжалу, осмотрели город, и не найдя ничего, порочащего армянского воина, вернулись в Степанакерт.
Пару дней спустя выяснилось, что жертвы, и немалые, ходжалинцы все же понесли, и произошло это... на подступах к Агдаму. Что же произошло на самом деле, и почему азербайджанская государственная пропаганда впоследствии не уставала сравнивать Ходжалу с... Хиросимой и Хатынью?
Любопытная деталь. Согласно К. Столярову, слух о взятии Ходжалу и о массовых убийствах его жителей распространился по Баку вечером 25 февраля, т.е. за несколько часов до штурма и даже предваряющего его артобстрела. (Доклад Московского правозащитного центра общества "Мемориал", К. Столяров. Указ. работа, стр. 253. Отмечу, что Столяров является сторонником Муталибова и вся его книга дышит антиармянскими настроениями) Ни министр внутренних дел Азербайджана Т. Керимов, ни министр безопасности В. Гусейнов, согласно их же заверениям, не оказались в состоянии выявить источники этой информации. И тогда, уже утром 26 февраля, Муталибов позвонил А. Мкртчяну.
МВД Азербайджана, понимая, что потеря Ходжалу означает для Муталибова политическое фиаско, вечером 26 февраля распространил заявление, в котором утверждалось, что: "атака армянских боевиков на Ходжалу отбита и город вновь контролируется азербайджанскими силами". Однако эта информация была моментально опровергнута информцентром Народного фронта, который сообщил, что: "два грузовика, переполненные трупами погибших жителей Ходжалу, прибыли в Агдам". (Мамед Сафарлы. Бои в Карабахе продолжаются, "Независимая газета", 28. 02. 1992)
Трупы действительно были. И погибли ходжалинцы не в городе, а на подступах к Агдаму. Это знают все азербайджанские источники, однако об этом "не принято говорить". И все же, приведу для читателя некоторые просочившиеся в прессу факты. Муталибов, например, справедливо указывал, что после оставления коридора для исхода ходжалинцев не имело смысла стрелять по людям, "...тем более на территории, близкой к Агдаму, где к тому времени было достаточно сил, чтобы выйти и помочь людям..." (К. Столяров. Указ. работа, стр. 257) Вскоре тот же Муталибов, уже экс-президент Азербайджана, открыто выразил сомнение в причастности армян к массовым убийствам гражданского населения Ходжалу: "Некоторые из азербайджанских лиц, возможно, на самом деле были убиты азербайджанскими войсками, чтобы дискриминировать его" (А. Зверев. Этнические конфликты на Кавказе, 1988-1994, "Спорные границы на Кавказе", М., 1996, стр. 32) Известный азербайджанский тележурналист Чингиз Мустафаев (Фуат-оглу), докладывая Муталибову о полете на военном вертолете в Ходжалу, отметил, что: "заснять на пленку трупы в Ходжалу не удалось, потому что убитых там не было в помине..." (К. Столяров. Указ. работа, стр. 253-255)
Большинство трупов находились у Агдама, где их и снимал Ч. Фуат-оглу 29 февраля и, во второй раз, 2 марта. Именно эти кадры и были показаны в Баку на заседании Милли Меджлиса, а затем и по многим телеканалам мира, как доказательство массового убийства азербайджанского населения Ходжалу. Однако именно эти кадры наиболее отчетливо проявляют всю преступность азербайджанской пропаганды.
Оставим эмоции в стороне. Уже тот факт, что обе части фильма оператор снимал в присутствии многочисленных азербайджанцев в штатском и военной форме (они постоянно в кадре), является свидетельством того, что территория контролировалась азербайджанскими вооруженными формированиями. В противном случае придется предположить, что армяне оставили гуманитарный коридор для мирных жителей Ходжалу (а иначе они просто не смогли бы выйти из села. См. план освобождения Ходжалу), чтобы убить их на подступах к Агдаму и отступить. После этого, те же самые армяне вновь захватили местность только для того, чтобы осквернить тела погибших, изувечить их и вновь отступить, в очередной раз уступая усеянное трупами поле азербайджанским операторам и давая им возможность заснять все это, чтобы представить всему миру "армян-кровопийц".
Предположение, что армянская сторона хладнокровно задумала и претворила столь запутанную многоходовую комбинацию по убийству и осквернению людей, которых сама же и выпустила из огненного мешка, может зародиться только в воспаленном воображении человеконенавистника.
С другой стороны, трупы действительно были осквернены. Во время повторных съемок, 2 марта, журналисты заметили, что положение некоторых тел и степень повреждений изменились. Об этом Ч. Фуат-оглу доложил Муталибову, который ответил поистине пророческими словами: - "Чингиз, никому не говори ни слова о том, что приметил неладное. Иначе тебя убьют". (К. Столяров. Указ. работа, стр. 255) Однако усомнившийся в "армянском следе" массового побоища Фуат-оглу взялся за журналистское расследование трагедии. Он успел отправить в московское информагентство "DR-PRESS" лишь два материала, в которых сообщал о возникших у него основаниях подозревать азербайджанскую сторону в причастности к преступлению. Чингиз Мустафаев (Фуат-оглу) был убит на том же самом поле, на котором снимал главный азербайджанский "аргумент". Убит, будучи далеко от линии фронта.
В моем распоряжении находится большое количество материалов, начисто исключающих саму возможность армян принять участие в массовом истреблении гражданского населения Ходжалу. К сожалению, размеры журнальной статьи не позволяют еще более углубиться в этот вопрос. К тому же, как мне кажется, приведенных фактов достаточно, чтобы было понятно: жителей Ходжалу убили сами азербайджанские. Другое дело, насколько это проводилось сознательно. Мне кажется, что дислоцированные в Агдаме азербайджанские войска приняли толпы ходжалинцев за наступающие армянские формирования и открыли по ним шквальный огонь на поражение. Потом уже, заметая следы невольного преступления, и пытаясь взвалить вину на армян, предприняли действия по осквернению трупов.
Сказанное, однако, не означает, что азербайджанская сторона пыталась помочь соплеменникам. Вооруженные подразделения в Агдаме не только не помогли ходжалинцам, но и сознательно ввели их в заблуждение. Видимо все же кому - то в Азербайджане нужна была кровь ходжалинцев. И я не исключаю того, что это было сделано в целях свержения Муталибова. Так, один из защитников Ходжалу рассказывает: - "Мы с частью жителей Ходжалу дошли до села Нахиджеваник, надеясь найти здесь пристанище. До этого по рации нам сообщили, что это село отбито у боевиков. Раздались первые выстрелы... Завязался короткий бой, в ходе которого нам удалось пробить этот заслон..." (Ходжалу. Хроника геноцида. Составитель - Эльмира Ахундова. "Азербайджанское государственное издательство", Баку, 1993, стр. 31-32) Как видим, агдамцы попросту обманули ходжалинцев, направив их в сторону армянского села Нахиджеваник и спровоцировав, таким образом, столкновение с охраняющими деревню армянскими постами обороны. Замечу, ни тогда, ни после Нахиджеваник в руки противника не переходил. Армянские ополченцы подтверждают, группа отходящих ходжалинцев неожиданно свернула в сторону Нахиджеваника и застала врасплох обороняющих деревню сельчан. В результате этого столкновения погибли двое и ранены были 10 защитников села. Факт обмана ходжалинцев подтверждается и рассказом мэра Ходжалу Э. Мамедова (Заур Кадымбеков. Трагедия Ходжалу, "Правда", 07. 03. 1992; см. также Ходжалу. Хроника геноцида, стр. 29) Наконец, очень важное свидетельство еще одного защитника Ходжалу С. Аббасова. Он рассказывает, что во время боя с постами обороняющих Нахиджеваник: - "С большим трудом, с помощью подоспевших агдамцев, нам все же удалось пробиться". (Москва. "Megapolis-Exspress", № 17, 1992)
Агдамцы "подоспели", а ходжалинцы "пробились" именно к той местности, где впоследствии были обнаружены многочисленные трупы. Но армянских подразделений там просто не могло быть! Количество боеспособных вооруженных армян к описываемому периоду было ограничено, и большая их часть их была задействована в штурме Ходжалу. Кроме того, необходимо было охранять и наиболее опасные направления, по которым могли перейти в наступление вооруженные подразделения Азербайджана. А такие места находились по всему периметру НКР. А вот еще одно свидетельство, подтверждающее, что ходжалинцы были убиты там, где армян не могло быть. Рассказывает командир вертолетной эскадрильи Леонид Кравец: - "26 февраля я вывозил раненых и возвращался обратно через Аскеранские ворота. В глаза бросились внизу какие-то яркие пятна. Снизился, и тут мой бортмеханик закричал: "Смотрите, там женщины и дети". Да я и сам уже видел около двухсот убитых, разбросанных по склону, среди которых бродили люди с оружием... Как считается, то были беженцы из Ходжалу. Где-то за 800 метров до передовых азербайджанских постов их ждала засада. (Ходжалу. Хроника геноцида. Составитель - Эльмира Ахундова. "Азербайджанское государственное издательство", Баку, 1993, стр. 124)
Давайте сравним. Убитые, по словам пилота, находились примерно в 800 метрах от передовых постов Агдама. Одного этого было бы достаточно, чтобы малочисленные армянские подразделения не могли там чувствовать себя спокойно - местность в этой части НКР равнинная, без естественных укрытий. Кроме того, мы помним, что "агдамцы подоспели", то есть выдвинулись вперед. Причем, замечу, "подоспели" надолго, вплоть до лета 1993 года, когда и эта местность и собственно Агдам были освобождены от азербайджанских войск.
А тогда, в феврале 1992 года, в кромешной темноте шли ходжалинцы навстречу своей смерти. Не мудрено, что покинувшие укрепленные позиции, что предполагает их нервозность, и "выдвинувшиеся" вперед агдамцы, могли принять их за наступающих армян. Кстати, именно такое предположение сделал в своем сообщении в "DR-PRESS" Чингиз Фуат-оглу.
Со своей стороны добавлю, что если начало этой трагедии положила невольная ошибка вояк из Азербайджана, то последующие действия азербайджанской госпропаганды явили миру верх лицемерия и политической грязи. При том, что у меня большой фактологический материал, показывающий, каким образом азербайджанская пропаганда целенаправленно и умышленно "увеличивала" число жертв, анализ количества погибших ходжалинцев выходит за рамки настоящей работы. Приведу лишь один пример, наглядно демонстрирующий весь цинизм азербайджанской пропаганды. Это указ президента Азербайджанской республики о геноциде азербайджанцев, в котором, в частности, говорится: - "В феврале 1992 года армяне учинили невиданную расправу над населением города Ходжалу. Эта кровавая трагедия, вошедшая в нашу историю как ходжалинский геноцид, завершилась истреблением тысяч азербайджанцев". (Национальные истории в Советском и постсоветских государствах, см. Приложение, Москва, 1999, стр. 403-404)
Таким образом, в результате грязных внутриполитических игр Азербайджана, славная победа армянского оружия была превращена бакинскими политиками в предмет спекуляций, как на чувствах собственного народа, так и мирового сообщества.
Тем не менее, я хотел бы еще раз подчеркнуть: подавление огневых точек в Ходжалу избавило Степанакерт и окрестные армянские села от бесконечных артобстрелов с этой стороны. Кроме того, успешное решение операции создало возможность беспрепятственной доставки продуктов питания в Степанакерт из сел Аскеранского, Мартакертского и Шаумянского района. Без всякого преувеличения можно сказать, что данное обстоятельства помогло спасти от насильственной и голодной смерти многие тысячи жизней степанакертцев. Добавим еще и тот факт, что за короткое время функционирования Степанакертского аэропорта были спасены десятки раненых мирных жителей и военных, нуждающихся в срочной специализированной медицинской помощи.
Взятие Ходжалу предоставило возможность создать для Степанакерта глубоко эшелонированную оборону, что сыграло исключительно важную роль во время летне-осеннего наступления 1992 года азербайджанской армии на НКР. Наконец, подавление огневых точек в Ходжалу дало возможность вооруженным армянским подразделениям готовиться к главной задаче - освобождению древнего армянского города Шуши.

Левон МЕЛИК-ШАХНАЗАРЯН
panarmenian.net
Лучшая благодарность мне - ваше хорошее настроение :)

2 людям это нравится.
Sergio (Автор темы)
Супермодератор
Супермодератор

Сообщение Sergio » 08 май 2007, 06:39

ШУШИ - БОЛЬШЕ, ЧЕМ ПОБЕДА

Страницы фронтового дневника
Зорий БАЛАЯН

Степанакерт в непогоду оказывался уже не в блокаде, а в осаде. Город ночевал в подвалах. На утренней зорьке выходили на улицы сначала мужчины, потом лишь женщины. Надо было подбирать трупы.

Еще в январе 1992 года свежеиспеченный Верховный Совет НКР принял решение, согласно которому "не рекомендовалось" (от глагола "запретить" мы, депутаты, отказались) хоронить людей при стечении большого количества людей. Ибо по Степанакерту били из Шуши день и ночь. С начала декабря 1991 года по городу стреляли из противоградных установок "Алазань". А 13 января 1992 года в Шаумяне азеры впервые применили ракеты "Град". В первой же декаде февраля "Град" посыпался из Шуши в Степанакерт. Каждая ракета-монстр представляла собой гигантскую сигару длиной в три метра и весом в сто килограммов. Она не только разрушала, но и сжигала все на своем пути. Каждый залп - это сорок смертоносных ракет; если ночью - комета в темном небе. За сутки - более сотни залпов.

Мишенью была не только столица Арцаха. Бывали мгновения, когда из города были видны столбы черного дыма одновременно в Шоше, Карашене, Красне, Норагюхе, Аскеране... И все это - каждый Божий день. Знали бы мои предки, похороненные на кладбищах Шуши, что когда-нибудь древняя столица Арцаха будет денно и нощно сеять смерть. Что город, бывший культурным центром Армении, превратится в огневую точку и будет ассоциироваться со злом. Что у нас не будет альтернативы взятию крепости Шуши. Что мы будем вынуждены брать Шуши приступом и при этом будем обречены на победу.

Каждое утро перед тем, как ехать в штаб к Командосу, я забирал маму из подвала, где находились до сорока человек, и сопровождал ее домой. Она не раз шутила: "Ты заходишь за мной, как за ребенком в детский сад". В паспорте у нее была запись, которой она всегда гордилась: "Место рождения - г. Шуши". Правда, она себя не считала, как сама выражалась, "стопроцентной шушинкой". У бабушки - матери моей мамы - были трудности с родами, ее и повезли из села Кятук в Шуши, где у нас было много родственников. Отец ее, Давид Юзбашян из рода меликов Юзбаши, вместе с четырьмя своими братьями имел титул Ходжа (по-персидски - господин) - почетный титул, который давался придворным сановникам и купцам. И все братья Юзбашяны в конце XIX и в начале XX века строили себе дома-усадьбы в долине реки Каркар. Вскоре люди в честь братьев Ходжа прозвали крохотный поселок Ходжалу. И мама рассказывала, как, уже томясь в ГУЛАГе, часто вспоминала дядины дома в Ходжалу и в Шуши. При этом уточняла: "Шушинские дома при Советах были превращены в пепел, а в ходжалинских после раскулачивания всех Ходжа Юзбашянов жили азеры"

Не ведала мама, что спустя десятилетия Ходжалу и Шуши станут зловещими огневыми точками, из которых будут беспрестанно бить по Степанакерту. Не раз я ловил себя на том, что неудобно при матери хвататься за блокнот и ручку и записывать ее слова. Однако часто в тайне от нее я все-таки записывал ее рассказы.

- Знаешь, я все лагерные годы с какой-то нелюбовью вспоминала Степанакерт, с которым связаны все мои беды. Но вот который уже месяц слежу за степанакертцами, живущими в подвалах, и поражаюсь их мужеству и твердости, их патриотизму и терпению... С неба беспрерывно падает огонь, земля трясется под ногами, только и слышишь разговоры о хлебе и гробах, впереди сплошная тьма и неопределенность, но никто не хнычет, не ноет, не думает о том, чтобы оставить этот ад. По утрам наводят порядок в подвале. Мужчины бреются, женщины красят губы. Дети играют в прятки. Все верят, что возьмем Шуши. Особо поверили после того, как наши взяли Ходжалу. Вера после этого стала какой-то сладкой. За одну только эту веру надо всем "подвальникам" после победы давать ордена. Через час я передал эти слова матери Командосу. А вечером он сказал: "Я весь день думал о словах тети Гоар и пришел, я бы сказал, к стратегическому выводу: степанакертцы, добровольно обустроившись в подвальном аду, дали нам понять, что если мы не ликвидируем огневую точку Шуши, то враг всех их уничтожит в одночасье. Значит - только победа. Другого не дано".

Шуши. Одни поэты сравнивали его с орлиным гнездом, свитым на вершине скалы. Другие - с гнездом аиста, откуда окрестности видны как на ладони. Врачи считали город уникальной лечебницей, щедро цитируя Мариэтту Шагинян: "Воздух целительный. Климат мягкий и, благодаря нежной, безвредной влажности и негустым туманам, напоминает скорее морской, чем континентальный". Стратеги видели в нем сотворенную самим Богом крепость. Город расположен на плато с изрезанным рельефом. Само плато - словно вершина усеченной пирамиды. Юго-восточная стороны имеет самую высокую точку 1600 метров над уровнем моря, северная - 1300. Так что с командного пункта, расположенного на одном из северных холмов, практически все строения города, особенно - полуразрушенный храм Казанчецоц, и впрямь видны как на ладони.

Мы верили, что непременно освободим Шуши только потому, что все от мала до велика твердо знали: другого выхода нет, мы обречены на победу. Верили, хотя твердо знали, что во все времена крепость эта считалась неприступной. Шутка ли - с одной стороны километровая отвесная скала-стена, с другой - пологая стена и глубокая пропасть. Машинами и бронетехникой можно подойти только по двум дорогам. С севера - из Степанакерта, с юга - из Лачина, который в руках азеров. Из Степанакерта можно пробраться к Шуши с боями, преодолевая минные заграждения и встречая лоб в лоб танки противника. В кабинете Аркадия Тер-Тадевосяна я подолгу разглядывал штабную карту шушинской операции. Четыре большие стрелки, нарисованные красным фломастером, представляли собой четыре основных направления: Джанасанское, Центральное, Шошское и Лисогорское. Еще две маленькие стрелки, обозначающие вспомогательные направления, были устремлены своими остриями к Шуши - Каринтакское и Гайбалинское.

Уже через сутки после освобождения Шуши дикторы бакинских телестудий, схватившись за головы, криком кричали, что их предали, что азерские командиры перешли на сторону армян. Ничего удивительного - ведь им с детства внушали, что армян можно брать голыми руками. Им и в головы не приходило, что Шуши освободили не только благодаря духу и воле, но и по науке.

В здании, построенном в свое время для горкома партии, штаб Армии самообороны НКР разместил Центр координации связи с командованием фронтом и командирами. Возглавлял центр Серж Саркисян - один из лидеров арцахского подполья, длившегося целых четыре года. Мало кто в эти дни знал, что вся информация отовсюду, в том числе из Еревана, прежде всего поступала в центр связи, там переваривалась и поступала уже на командный пункт. Помнится, за несколько дней до начала Шушинской операции Серж срочно вылетел в Ереван, и я не мог не заметить, как волнуется Командос. Тысячи вопросов нужно было решить до начала операции. Решить грамотно, по науке, вошедшей в историю с подачи Суворова, как Наука побеждать.

Накануне операции я сделал запись в блокноте: "Командос нередко бывает угрюмым. Я знал, что он страдает гипертонической болезнью и у него часто бывают головные боли. Лекарства не помогали. Только - дневной сон. Хотя бы час. Хотя бы полчаса. В штабе не было возможностей для такого непростого в условиях войны средства лечения. И часто он свои полчаса-час спал у моей мамы, которая тотчас выходила во двор и следила за тем, чтобы дети не шумели. Хотя в тот день Аркадий был начисто лишен возможности поспать, настроение у него было отличное. Глаза светились непривычно весело. Я спросил его, не влюбился ли он. В ответ он захлопал в ладоши и довольно произнес: "Серж вернулся из Еревана. Теперь полегчало. На душе стало спокойнее".

Весь апрель 92-го года Степанакерт провел в похоронах. Нет сомнения, что Шуши и Агдам были на прямой связи друг с другом: часто отдавалась единовременная команда обеим огневым точкам, и тогда установки "Град" били залпом по одной и той же мишени - Степанакерту. И весь апрель в уцелевших комнатах и подвалах разрабатывался план Шушинской операции. Напрасно бакинские дикторы хватались за головы. Я могу свидетельствовать в защиту министра обороны Азербайджана и других военных чинов, которые обвиняются в предательстве: мы не только тщательно готовили операцию, ставя перед собой сверхзадачу, - уничтожить зловещую огневую точку. Мы делали все, чтобы победа нам далась с наименьшими потерями. Это значит, что надо было действенно и опять же по науке решить вопрос дислокации полевого госпиталя и соответствующего оснащения центрального госпиталя, размещенного в подвале. Мы не только готовились к операции, но и делали все, чтобы люди выжили в аду.

Валерий Марутян - начальник медицинской службы армии, как и я, по ночам вел записи (через несколько лет он издал книгу "У войны долгий след"). Дневники очевидца во все времена считались документом и аргументом летописи. И здесь хотелось бы привести записи из дневника Валерия, которые он без изменения поместил в свою книгу. "Снаряд попал в подъезд дома, где укрывались люди. Среди погибших - родственники наших сотрудников. На слезы нет времени. Все силы надо собрать в кулак, чтобы спасти живых. Терпели. Глотали слезы, спасали. Весь третий этаж, а также терапевтическое и неврологическое отделения вышли из строя. Открыли операционные и перевязочные в подвале. Света нет. Движок, работающий на солярке, то и дело выходил из строя. Осмотры, перевязки, подчас и операции делались при свечах. Газопровод в Шуши и в Лачин проходил через Степанакерт, поэтому, слава Богу, у нас был газ. Наши умельцы перевели на газ многие движки. На газе работали даже машины "Скорой помощи". В спешном порядке переоборудовали подвалы бывшего обкома партии и перешли туда. Только мы обустроились, как начался сильный обстрел. Два снаряда попали в наше здание. Но подвал не пострадал, и мы продолжали работать.

Вдруг водитель Сержа Саркисяна внес на руках десятилетнего мальчика с оторванной кистью и развороченным животом. Тотальная эвентерация. Из разрывов печени льется кровь. Из желудка - пищевые массы. Мальчик был без сознания. Слабо стонал. Положили на операционный стол. Струйно переливали кровезаменители. Определили группу крови. Анестезиологи берут у наших сотрудников кровь для переливания. Шофер рассказывает, что раненого мальчика подобрали Серж Саркисян и прибывший накануне в Степанакерт Вазген Саркисян во время объезда поселка Арменаван. Они осматривали позиции врага, и в это время раздался взрыв и истошный крик мальчика. Вазген и Серж отправили мальчика на машине, а сами пошли пешком".

Самое поразительное было то, что не только азербайджанские средства массовой информации подняли вой после ликвидации таких огневых точек, как Ходжалу и Шуши, но и турецкие. Обращались они и в Совет Безопасности ООН, и в Гаагу, и в Москву, обвиняя нас ни мало ни много в агрессии. Газеты писали, что официальный Тегеран был очень огорчен, что именно в дни, когда президент Армении Левон Тер-Петросян пребывал в Иране, армяне взяли Шуши. Официальный Степанакерт вынужден был официально ответить официальному Тегерану, что речь идет лишь о совпадении сроков, ибо дату начала операции пришлось дважды менять из-за непогоды. Советник президента по национальной безопасности Ашот Манучарян сказал, что еще до начала операции, когда многие главы государств, обращаясь к главе Армении, выражали беспокойство по поводу подготовки к ликвидации огневой точки Шуши, Тер-Петросян заметил, что "Шуши брать нельзя". На что Роберт Кочарян ответил: "Фраза построена верно. Однако она нуждается в небольшом уточнении: Шуши не брать нельзя".

Менее чем за месяц до подавления шушинской огневой точки, все в том же адском апреле 10-го числа, азерские танки и бронетехника ворвались в армянское село Марага, громя и сжигая все дома. За штурвалами боевых машин сидели бывшие воины СССР. Все та же печально известная 23-я дивизия все той же 4-й армии. За танками и бронетехникой шли вооруженные до зубов омоновцы, за ними - мародеры-таланчи с тележками и ишаками. Дотла спалили село. Около семидесяти человек расстреляли в упор. Двенадцать человек сожгли заживо. Более пятидесяти женщин и детей взяли в заложники.

К полудню подоспела помощь. Тяжелая боевая техника врага, сотворив ад, вернулась на свои базы. В Мараге остались мародеры, которые не ожидали контратаки. Несколько десятков профессиональных грабителей полегли рядом с мешками, доверху набитыми чужими вещами. Чудом спасшиеся марагинцы, узнав об освобождении села, вернулись домой. Мертвых похоронили вечером того же дня. На следующий день с большой группой "Международной христианской солидарности", возглавляемой баронессой Кокс, мы отправились в Марагу. Обгоревшие дома еще дымились. В группе Кокс был тележурналист из BBC, который снял на видео обугленные тела людей. Некоторые тела были обезглавлены. Кадры эти показывали и в Лондоне, и в Женеве, и в российских "Вестях". А в это время огневые точки Шуши и Агдама продолжали обстреливать Степанакерт и округу. Мир молчал - даже после страшных кадров о Мараге.

Спустя два дня после трагедии Мараги весь Степанакерт видел, как с утра до вечера поднимались столбы дыма в районе армянского села Шош, которое считалось самой удобной мишенью для всех огневых точек Шуши, а их было очень много. После освобождения Шуши мы насчитали около сорока обустроенных площадок, в том числе и бетонированных, усеянных гильзами самых разных калибров.

С той же группой Христианской солидарности мы отправились в Шош. На сей раз с нами был Алексей Семенов - сын супруги Андрея Сахарова Елены Боннер. Ехали на УАЗике. Грязь по колено. Всю дорогу слышались залпы "Града". Били из Шуши по Карашену и Шошу. Приближаясь к селу, мы то и дело натыкались на валяющийся в грязи убитый скот. Шош - древнее село, воспетое Леонидом Гурунцем в книге "Мой милый Шушикенд". Ни одного уцелевшего дома. Жители все вывезены. Они разместились у родственников в степанакертских подвалах. В селе остался лишь небольшой отряд самообороны, которым командовал Аго Арутюнян. В некоторых полуразрушенных хлевах нашли приют старики и старухи, отказавшиеся оставить село.

Проходя мимо одного из дворов, мы увидели в саду небольшую группу людей. Похороны. Погибла от осколка ракеты "Град" самая старая женщина Шоша Нубар Симонян. Так как сельское кладбище находится на вершине холма, который отлично простреливается, ее решили похоронить во дворе дома. Леди Кокс и Алеша Семенов предложили принять участие в похоронах.

Вот запись, сделанная тогда в Шоше: "Нубар Симонян. Сто пять лет. Осколок попал ей в грудь. Она жила еще какое-то время. В полном сознании. Телезрители Армении должны хорошо помнить эту крохотную, сухонькую, как сушеная тутовая ягода, ветхую женщину. Заезжие тележурналисты снимали и показывали ее не раз. Родные говорили, что живая улыбка застыла на ее восковом лике. Едва переводя дыхание, тихо говорила о своем сыне и внуке, погибших полтора месяца назад под Каринтаком. Уже угасая, продолжала улыбаться. Лицо ее было спокойным, словно она демонстративно презирала боль, исходившую из груди. Улыбаясь смотрела на своих многочисленных внуков и правнуков, которые стояли рядом, держа автоматы в руках. Она не волновалась за свое разрушенное село, которое ни на день не оставляла за все сто пять лет. Тетушка Нубар хорошо знала, что дом всегда можно построить. Главное, чтобы земля была свободной.

Маленькое и легкое тело Нубар Симонян хоронили в гробу, наспех сколоченном из зеленых досок от ящика для противотанковых снарядов. В момент, когда уже засыпали могилу сырой землей, по всей деревне раздались каскады взрывов. Несмотря на слякоть, лужи, моросящий дождь, повсюду поднялись в небо клубы из сухой пыли".

Это было 12 апреля 1992 года. После похорон Нубар Симонян еще двадцать пять дней били по уже разрушенному до основания селу из многочисленных шушинских огневых точек. Весь мир, в том числе и Совет Безопасности ООН, Женевская и Гаагская конвенции требуют ликвидации любой огневой точки, нацеленной на мирных жителей, - всеми возможными средствами. Лишь азербайджанские власти почему-то считают ликвидацию огневых точек - "оккупацией".
Родной до боли Шуши превратился в город-монстр, в огневую точку, сеющую смерть. Каждая высота, каждая площадка, каждое окно превращены в долговременную огневую точку. Тридцать адских дней и ночей апреля 92-го обязали нас уничтожить этот чудовищный источник смерти.

Последние дни апреля я уже ночевал только в штабе, в соседней с Командосом комнатке. Ни на минуту не расставался с записной книжкой. Обратил внимание, что и у Аркадия на столе всегда открыта толстая тетрадь в клеенчатой корке. Он регулярно вел записи, в которых были цифры, географические названия, даты. Как-то спросил его: "Скажи, наконец, точно, когда пойдем на Шуши?" Аркадий помолчал, как-то весь сосредоточился, посерьезнел и выпалил: "Вопрос, комиссар, поставлен неправильно. Надо спросить меня, чего и сколько нужно, чтобы взять Шуши. И тогда я отвечу: мне нужны четыреста тонн горючего, минимум тысяча штук ракет "Град". Потом я забросаю тебя цифрами, в том числе и по части живой силы, и муки, и средств связи. А все это можно перебросить только по воздуху на МИ-8 и ЯК-40, которые в своем брюхе берут не больше двух-трех тонн. И летят они только в хорошую погоду. И вдобавок ЯКи очень уязвимы. Так что о дате надо спросить командира отряда вертолетчиков Сергея Ванцяна. Это от летчиков зависит все и вся. У меня все записано: сколько нужно перевязочного материала для раненых, сколько нужно кровезаменителей, обезболивающих средств. И все это тоже нужно перебросить по воздуху. Надо поднять всех на ноги. Весь спюрк, все армянство. Вот когда наставлю галочки в моем блокноте рядом с каждой строчкой, тогда и скажу тебе о точном времени".

Не думаю, что Командосу удалось поставить в блокноте все галочки. Но с уверенностью могу сказать, что тогда день и ночь в аэропорту Эребуни работали активисты созданной самой жизнью общественной организации "Землячество "Арцах", сотни ереванцев, занимающиеся не только вопросами тары и горючего, но и погрузкой-разгрузкой. Вовремя подоспели медикаменты, которые привезли представители Христианской солидарности, средства связи "Алинко" привез специально к назначенному сроку врач из Лос-Анджелеса Вардгес Наджарян, которому помогал Гурген Меликян.

Бывало в неделю по два-три раза летали в Ереван Роберт и Серж или прилетал Вазген Саркисян, актив партии "Дашнакцутюн". Ежедневно в штаб в назначенное Командосом время прибывали командиры, отвечающие за свое направление, или, как говорил Командос, за стрелку на карте. Надо было видеть, как по территории штаба ходят, беседуя, Аркадий Тер-Тадевосян и Монте Мелконян (Аво). Один старается говорить на армянском так, чтобы понимал другой. А бедный Аво для более эффективного общения выучил все названия орудий, боеприпасов и передвижных средств на русском.

Несколько вечеров кряду в штабе у оперативной карты собирались все командиры. Обсуждали детали действия на всех направлениях. Надо было видеть, какие бывали споры. Надо было слышать, как на повышенных тонах спорили между собой Самвел Бабаян и Валерий Балаян. Надо было видеть, как спокойно и четко объяснял задачи генерал Гурген Далибалтаян. Надо было видеть и слышать, как резюмировал обсуждение Командос.

Наконец, после двух переносов даты, был назван окончательный день: "Два часа тридцать минут, в ночь с седьмого на восьмое мая 92-го года".

В шесть часов вечера 7 мая тех, кто был в штабе, готовый в полночь отправиться на командный пункт, откуда будет осуществляться руководство операцией, ждал сюрприз. Я попросил Командоса выстроить во дворе всех тех, кто будет стоять рядом с ним и генералом Далибалтаяном на командном пункте. И перед нами появился в своем торжественном облачении настоятель Арцахской паствы Паргев Мартиросян. Он благословил начало операции. Какое-то гордое волнение охватило всех нас от осознания причастности к историческому моменту, в котором была обреченность на победу. Командос поклялся, что мы волею Божьей выполним приказ нашего народа.

Ровно в полночь семь машин отправились в путь. Я ехал в замаскированной "Ниве" вместе с генералом Далибалтаяном. Все фары были выключены. Лишь у первой машины были включены едва светящиеся подфарники. Мы хорошо знали, что из всех огневых точек Шуши прекрасно виден свет даже сороковаттной лампочки. Через полчаса добрались до командного пункта.
Нигде в мире я не видел такого темного-темного неба и таких ярких-ярких звезд, как в Арцахе. Удобно устроившись в траншее, накрытой камуфляжной сеткой, я то и дело поглядывал на небо, невольно вспоминая детство. Может, потому, что именно здесь, в Арцахе, впервые увидел небо в звездах, размышлял над поэтическим образом: каждая звезда - судьба человека. Вспоминал, как в начале 60-х с Камчатки посылал в Степанакерт на радио стихи. В них были и такие строки: "Я вернусь, еще не поздно. К моему вернусь гнезду. Только ты на небе звездном не гаси мою звезду"...
Раньше мне казалось, что на небе бессчетное количество звезд. Но во время голодовки в знак протеста против ликвидации Горбачевым народной власти в Арцахе великий астроном Виктор Амбарцумян, с кем мы лежали в одной комнате, сказал: "В видимой полусфере неба насчитывается около шести тысяч звезд. А вот невооруженным глазом можно насчитать и того меньше - всего-то около двух тысяч". Вот как мало звезд на небе. И так много людских судеб. Так что остается одно: объединиться.

Командный пункт. Пологая сопка. Говоря морским языком: прямо по носу - Шуши. Слева за лесистыми горами - Каринтак и Лисогор. Справа - Шош и Джанасан. Мы находимся в Т-образной траншее. У каждого бинокль. Рядом за выступом установлен перископ. Позади в неглубокой овраге - КШМ (командно-штабная машина с радиостанциями). Кстати, это туда поступали вся информация и указания от Сержа Саркисяна из его Центра с позывным под номером 61.
Ни зги не видно. И все же я ухитрялся вести записи в блокноте. Писал, подчас вслепую нарочито крупными буквами, чтобы потом легче было разобраться в каракулях. То и дело поглядывал на свои часы со светящимися фосфорными цифрами. В эфире был слышен только голос начальника связи Артура Папазяна. Он стоял по левую руку Командоса, озвучивая его и Далибалтаяна команды. На часах 2. 25. Полная тишина. Командос поднес ко рту крохотный радиотелефон, привезенный десять дней назад Наджаряном. Все ждем его команды. 2. 26. 2. 27. Глаза напряжены до боли. Знаешь, что там впереди - Шуши. Ничего не видно. Лишь чувствуешь его. 2. 28. Я впился глазами в зеленоватую от фосфора нить секундной стрелки. Через минуту тихо проговорил: "Осталось шестьдесят секунд". И через шестьдесят секунд наступил миг истины.
- Огонь! - громко и твердо произнес Командос.

Через мгновение послышались глухие звуки справа - это "Град" из Шоша. Слева - это артиллерия из Каринтака. Еще через мгновение "прямо по носу" появились в непосредственной близости друг от друга вспышки огня, которые, разрастаясь, превращались в зарево. То там, то тут появились огромные языки пламени, освещая силуэты и контуры зданий. Вдруг, словно на гигантской фотобумаге, стали проявляться знакомые до боли очертания храма Казанчецоц с разрушенным куполом, свидетеля неслыханной трагедии армянского народа. Участник борьбы и символ победы. Я подумал о том, что отныне из Шуши уже не полетят к Степанакерту смертоносные ракеты.
Часа через два на востоке стало светлеть небо. Появились темные вершины гор. Увеличилось количество красных языков пламени и черных столбов дыма. С каждой минутой все отчетливее были видны белые стены печально знаменитой шушинской тюрьмы. По всем четырем направлениям, обозначенным стрелками на штабной карте, бойцы самообороны шли к городу, который турки сожгли еще семьдесят два года назад, уничтожив более пяти тысяч армянских семей. Сожгли дотла столицу армянского края, объявив ее семьдесят лет спустя родиной турецких акынов. Когда же началось Карабахское движение, превратили древний армянский город в огневую точку против армян. И вот, спустя семьдесят два года сорок пять дней, в Шуши пришло воздаяние...

То и дело я подходил к перископу и во всех подробностях видел, как спешно покидают город мирные жители. Всего одна дорога пролегала с юга, по периметру основания горки-скалы, на которой возвышалась телевышка. И дорога эта уже на рассвете была запружена машинами, пешими. Бойцы самообороны в любую минуту могли заблокировать дорогу, ведущую в Лачин, и тогда десятки тысяч азеров задохнулись бы в крови. Однако этого не было сделано сознательно: бежали мирные жители.

Так, кстати, было и в Ходжалу. Даже тогдашний президент Азербайджана Муталибов вынужден был публично признать, что армяне открыли коридор для беженцев. Правда, потом азерская пропаганда, дабы спасти свое государство от позора, решилась на неслыханную ложь, распространяя слухи о том, что в Ходжалу были вырезаны до 6 тысяч жителей. Не могу не отметить, что я был избран народным депутатом СССР от Аскеранского района, куда входил и поселок Ходжалу, где, согласно последней переписи населения (1989), проживало менее тысячи азеров. Однако это другая тема.

Напрасно дикторы бакинских телеканалов взахлеб поносили своих аскеров, которые якобы слиняли с поля боя, предательски сдав неприступную крепость. В Джанасанском направлении азеры, устроив засаду, расстреляли в упор почти половину отряда бойцов самообороны...
Впрочем, вернемся в май 1992 года. В час дня пополудни 8 мая, грохоча по шушинской трассе, преодолевая поворот за поворотом, наш танк с бортовым номером 422 медленно приближался к Шуши. Неожиданно из-за крутого поворота появился вражеский танк. За полчаса до этого на командный пункт поступила информация, что танк N422 (командир Гагик Авшарян, механик-водитель Ашот Аванесян и стрелок-артиллерист Шаген Саркисян) подбили два вражеских танка. Танк Гагика, судя по всему, не сразу заметил приближение противника. Нам же с командного пункта было хорошо видно, как вот-вот после последнего поворота они выйдут навстречу друг другу. Именно в это время артиллерийским снарядом был подбит наш танк, из которого стал подниматься дым. Через мгновение танк противника с тридцати метров выстрелил в упор. Я видел эту драму в перископ. Огромную многотонную башню со стволом отбросило на обочину. Тела двух танкистов выбросило в противоположную сторону - на скалистый склон горы. Из До позднего вечера шли ожесточенные бои за освобождение Шуши. К вечеру два вертолета, неожиданно появившиеся в небе прямо над командным пунктом, обстреляли ракетами наши позиции у самых ворот города. А минут через десять два Су-25, бросая пятисоткилограммовые бомбы на Степанакерт, Каринтак, Мирюшен, улетели в сторону Агдама.

Нетрудно догадаться, почему с первых же дней падения Шуши официальная азерская пропаганда упрямо развивала идею о предательстве своих командиров. Так легче объяснить и оправдать свое поражение и заодно нивелировать ценность победы и подвига армянского воина, с оружием в руках защищающего родную землю.

Весь день на командный пункт прибывали люди. Командиры и журналисты, депутаты Арцахского парламента и чиновники. В моей записной книжке есть подробные записи о каждом: Олег Есаян, Георгий Петросян, Аркадий Гукасян, Вардгес Багрян многие другие. Редко с кем из визитеров Командос вступал в контакт - он почти всю ночь и весь день не выходил из траншеи. Лишь когда председатель Совета министров НКР Олег Есаян, словно волшебник, сварганил хашламу для всех, мы сумели вывести Тер-Тадевосяна из траншеи.

Были и другие исключения. Несколько раз приходили на пункт Роберт Кочарян и Самвел Бабаян. Впервые я видел Роберта в военной форме. Они вдвоем объезжали все направления. Советы и предложения их были, как говорил Командос, бесценными, ибо Кочарян и Бабаян, как никто другой, знали не только местность, живую географию боевой операции, но и всех ребят, от командиров до рядовых, в том числе и фидаинов. Еще когда работали над картой, Аркадий не раз отмечал, как он выражался, "штабные способности" Самвела. Впоследствии такую же оценку ему давали военспецы советской армии - Христофор Иванян и Анатолий Зиневич.

Рано утром 9 мая вместе с Гургеном Далибалтаяном на его видавшей виды "Ниве", с которой водитель уже снял маскировку, отправляемся в Шуши. С нами - начальник штаба сил самообороны Феликс Гзоян. Едем вверх по серпантину. Давно я не ездил по этой дороге, с детства знакомой до мелочей. "О чем вы думаете?" - спросил я спокойного Далибалтаяна с белой, как снег, головой. "О чуде, - тихо сказал генерал и добавил, - об очевидном-невероятном... Только годы спустя профессиональные стратеги удивятся тому, как скромными силами, скромными средствами, но, опираясь на огромную волю и высокий дух, армяне одолели непреодолимую крепость, взяли приступом неприступную твердыню. А пока саму победу будут приписывать чуду..."

Последние полтора километра до северного, или нижнего кладбища мы прошли пешком, перешагивая через усеянные всюду мины. Большей частью - противотанковые. Вовсю работали минеры. В городе слышна была беспрерывная стрельба. Это салютовали освободители Шуши. Выстрелы сопровождались громким треском из горящих домов. Горели многочисленные арсеналы в частных домах, в милицейском подвале. Пленные азеры рассказывали: перед тем как оставить город, была дана команда поджечь его, чтобы добро не досталось армянам. И все же чаще всего слышалась автоматная очередь. Неожиданно Феликс встал посреди дороги и громко сказал: "Сукины дети, чтоб я взял вашу боль себе! Что же вы делаете? Это еще не окончательная победа! Нам ведь еще нужны патроны!"

Взятие Шуши и я не считал окончательной победой. В философском отношении, конечно, это - больше, чем победа. Шуши стал действенным аргументом в пользу самоуважения. Шуши, ставший монстром, сеющим огонь, по всем международным правовым нормам и конвенциям должен был сгореть, чтобы символизировать последний пожар в этом многострадальном городе. Когда 23 марта 1920 года турки жгли Шуши и сбрасывали детей и стариков с высоких скал в пропасть, считая свои деяния победой, они должны были понимать, что несправедливая "победа" оборачивается поражением, что победа, не вызванная необходимостью, есть преступление, что такая победа приводит к катастрофе. Огневая точка, сеющая смерть, становится мишенью сама. И по закону справедливости она должна превратиться в пепел.

Мы шагали по брусчатке, ведущей к храму Казанчецоц. То и дело к нам пристраивались парни в камуфляже, бушлатах поверх свитера. Я вел записи уже на ходу: "Одетые кто во что горазд. Спортивный костюм, даже тройка. Несмотря на прохладное утро, один здоровяк был одет в легкую тенниску, демонстрируя арбузные бицепсы. Все шли к Казанчецоцу".

... Все эти годы я думал о храме, как о родном человеке. И вот после последнего поворота он предстал передо мной в своем одушевленном, очеловеченном облике. Взорванный купол. Вздыбившись, торчат во все стороны прутья железной арматуры. Израненный, весь в подтеках от дождя и снега, словно истекающий кровью раненый боец. И все равно - он был великолепен. Стоял гордо. Он освободился от длительного заточения. Он дышал воздухом свободы.
Поцеловав дверной камень, я вошел вовнутрь и замер: от пола до потолка аккуратно уложены зеленые ящики. В каждом из них - смерть для Степанакерта. Возле храма тоже целая гора длинных зеленых ящиков с ракетами для "Града". Я стал считать их по придуманной мной схеме - вышло более двух тысяч единиц ракет. И все это падало на голову моего города, где ежедневно проходили групповые похороны. Города, где самым дефицитным товаром был гроб.
Кто-то из парней поднялся на вершину полуразрушенного храма и под салютные выстрелы водрузил красно-сине-оранжевый флаг как веский аргумент и символ победы, вызванной настоятельной необходимостью.

А сегодня настоятельной необходимостью является мир. И когда главы трех великих держав ОБСЕ, не продумав до конца все аспекты, то и дело грозятся в срочном порядке решить проблему Карабаха, хотелось бы напомнить им, что исторический опыт показывает: не успеют высохнуть чернила под совместным документом, как тотчас на прежних бетонированных площадках заработают возобновленные огневые точки. И вновь польется кровь с обеих сторон.
Шуши - больше, чем победа, кроме прочего еще и потому, что он не только открыл спасительную для Арцаха "дорогу жизни", не только ликвидировал смертоносные огневые точки вокруг Карабаха, создав тем самым миротворческую Зону безопасности для двух народов, но и стал предтечей реального мира в регионе, где вот уже восемь лет матери не хоронят сыновей. Армянские и азербайджанские матери.

panarmenian.net
Лучшая благодарность мне - ваше хорошее настроение :)
Sergio (Автор темы)
Супермодератор
Супермодератор

Сообщение Sergio » 08 май 2007, 13:56

Поздравляю всех нас с 15 годовщиной освобождения Шуши!

Вечная память тем кто ценой своей жизни дал нам повод для радости и гордости.

А заодно и с очередной годовщиной победы над фашизмом.
Лучшая благодарность мне - ваше хорошее настроение :)
Sergio (Автор темы)
Супермодератор
Супермодератор

Сообщение Gisher » 09 май 2007, 23:09

Sergio писал(а):Поздравляю всех нас с 15 годовщиной освобождения Шуши!

Вечная память тем кто ценой своей жизни дал нам повод для радости и гордости.

А заодно и с очередной годовщиной победы над фашизмом.

присоединяюсь
Аватара пользователя
Gisher

Сообщение Sergio » 24 май 2007, 03:20

ОСВОБОДИТЕЛЬНАЯ ВОЙНА 1991-1994 гг.
1991

С начала 1991 года руководство Азербайджана развернуло новое наступление на права армянского населения НКАО и Шаумянского района. 2 января Азербайджанское телевидение передало указ президента Азербайджана Аяза Муталибова о введении президентского правления в НКАО и прилегающих к ней азербайджанских районах. В области появились листовки с ультимативным требованием к армянскому населению в кратчайшие сроки покинуть пределы Нагорного Карабаха.

14 января президиум Верховного Совета Азербайджана принял решение об объединении двух соседних районов – армянского Шаумянского и азербайджанского Касум-Исмайловского – в один с названием Геранбойский. Цель руководства Азербайджана была очевидна – ликвидировать еще один армянский район, депортировав его коренное население и заселив армянские села азербайджанцами. К этому времени в Шаумянском районе проживало около 20 тысяч человек, 82 процента которых составляли армяне.

22 января ОМОН Азербайджана в грубой форме задержал в аэропорту Степанакерта и отправил в Баку группу депутатов Верховного Совета РСФСР, прибывшую по заданию ВС России с целью изучения ситуации в области.

Обстановка в Нагорном Карабахе и близлежащих армянских районах все более накалялась. В ряду известных карательных мер против армянского народа значится операция "Кольцо", проведенная в конце апреля – начале мая 1991 года совместными силами Отрядов милиции особого назначения Азербайджана и МВД СССР. Под прикрытием "проверки паспортного режима" был осуществлен беспрецедентный акт государственного террора, преследующий цель обезглавить Движение, уничтожить национальное единство. Первыми жертвами стали жители армянских сел Геташен и Мартунашен Ханларского района Азербайджана. Мужское население было вывезено в неизвестном направлении, "проверка паспортного режима" сопровождалась насилием, грабежом, разбоем. В трехнедельный срок депортации подверглось население 24 карабахских сел: двух – в Ханларском, трех – в Шаумянском, пятнадцати - в Гадрутском и четырех – в Шушинском районах. В результате этих акций в Карабахе и приграничье Армении было убито 100 с лишним человек, взято в заложники несколько сотен людей.

24 апреля Председатель Верховного Совета Армении направил письмо руководителям СССР с просьбой принять срочные меры для защиты и обеспечения гарантий безопасности армянского населения региона. 3 мая к Президенту СССР М.Горбачеву с аналогичной просьбой обратился партийный актив Армении. 4 мая состоялись встречи Президента Армении Л.Тер-Петросяна с М.Горбачевым и Президентом России Б.Ельциным, однако они оказались безрезультатными. Войска МВД СССР и азербайджанские омоновцы по-прежнему продолжали карательные операции. Со всей очевидностью развитие событий шло к широкомасштабной войне.

6 мая Верховный Совет СССР обсуждал требование Армении о созыве съезда народных депутатов СССР в связи с резким обострением обстановки в НКАО и азербайджано - армянских отношений. Было принято решение продолжить обсуждение проблемы в Комиссии Совета Национальностей ВС СССР.

Между тем, в этот же день из Геташена на военных вертолетах в Степанакерт были доставлены 700 беженцев- армян. Запланированный на 7 мая общественными организациями митинг протеста в Степанакерте был запрещен военной комендтурой. Накануне по городу разъезжали БТРы с громкоговорителями, оповещая народ, что в случае неповиновения будет применено оружие.

В связи с критической ситуацией в Нагорном Карабахе исполком областного Совета объявил чрезвычайное положение в области, о чем поставил в известность мировую общественность. В тот же день исполком обратился к ООН и руководству ряда стран мира с просьбой предоставить армянскому населению НКАО политическое убежище и тем самым спасти его от физического уничтожения.

19 июня 1991 года состоялось расширенное заседание исполкома облсовета, на котором были разработаны меры по стабилизации политической и экономической ситуации в области. Руководство приняло решение добиться восстановления полномочий Совета народных депутатов НКАО, провести новые выборы областного Совета, выработать программу выживания Арцаха и тщательно подготовиться к вооруженному сопротивлению агрессии Азербайджана. Была образована представительная делегация для переговоров с азербайджанским руководством. В результате состоявшихся в Баку переговоров удалось установить временный мир.

24 июня делегация НКАО вылетела в Москву для встречи с руководством страны с целью рассмотрения вопроса восстановления функций областных органов власти и возможного диалога с азербайджанской стороной о мирном урегулировании карабахского конфликта. 29 июня делегацию принял вице-президент СССР Г. Янаев, который одобрил ее инициативу и обещал оказать содействие диалогу и мирному решению карабахской проблемы. Попытки делегации встретиться с президентом СССР М.Горбачевым успеха не имели. В тот же день представители НКАО были приняты председателем Верховного Совета СССР А.Лукьяновым, который высказался за необходимость восстановления областного Совета народных депутатов и обещал направить в Нагорный Карабах делегацию Верховного Совета для изучения положения. Состоялись также встречи с министром обороны СССР Д.Язовым, министром внутренних дел Б.Пуго, заместителем генерального прокурора СССР Трубиным, бывшим министром иностранных дел СССР Э.Шеварднадзе. Однако эти встречи не дали практических результатов.

Азербайджанское руководство продолжало политику депортации армянского населения, выдавая ее за добровольное переселение. Эта акция сопровождалась применением грубой силы и оружия, убийствами и нанесением увечий, грабежом и разбоем.

19 июля состоялось заседание Нагорно-Карабахского областного Совета народных депутатов, на котором был обсужден вопрос о начале диалога с азербайджанской стороной о мирном урегулировании конфликта. 20 июля в г. Баку делегация НКАО встретилась с президентом Азербайджана А. Муталибовым, однако конкретного результата достигнуто не было. Переломным этапом национально- освободительного движения карабахцев стало создание собственной государственности как средства обеспечения безопасности населения и территории его проживания.

2 сентября в Степанакерте состоялась совместная сессия Нагорно- Карабахского областного и Шаумянского районного Советов, которая на основе всенародного волеизъявления приняла Декларацию о провозглашении Нагорно- Карабахской Республики в границах НКАО и Шаумянского района. Практически в ответ на это азербайджанская сторона впервые подвергла Степанакерт обстрелу из ракетной установки типа "Алазань", что в дальнейшем обрело систематический характер.

22 сентября в Степанакерт с миротворческой миссией прибыли президенты России и Казахстана Б.Ельцин и Н.Назарбаев, которых сопровождал А.Муталибов. 23 сентября в Железноводске (Россия) по инициативе Б.Ельцина и Н.Назарбаева прошли переговоры между делегациями Армении, Азербайджана и Нагорного Карабаха по вопросу урегулирования карабахского конфликта, в результате которых было принято совместное коммюнике.

Посредническая инициатива Б.Ельцина и Н.Назарбаева не привела к улучшению ситуации в Нагорном Карабахе. Наоборот, азербайджанцы резко усилили артиллерийский обстрел и нападения на армянские населенные пункты, результатом которых стали многочисленные жертвы и разрушения.

15 октября в г. Баку прибыли представители президентов России и Казахстана для ознакомления с ходом выполнения Железноводского коммюнике. Их принял президент Азербайджана А.Муталибов, который заявил, что вопрос Нагорного Карабаха правомочен решать только Азербайджан и никто не должен вмешиваться в его внутренние дела.

Тем временем в Баку ежедневно проходили антиармянские митинги Народного фронта Азербайджана, на которых звучали призывы создать регулярную армию с целью захвата Карабаха.

26 ноября того же года Верховный Совет Азербайджана принял закон об упразднении Нагорно-Карабахской автономной области, согласно которому НКАО ликвидировалась как национально- территориальное образование, а районы Нагорного Карабаха переименовывались и переподчинялись новообразованным административным центрам. В постановлении от 28 ноября 1991г. Комитет конституционного надзора СССР осудил этот акт законодательного органа Азербайджана как нарушающий закрепленный в Конституции СССР статус НКАО.

Важным этапом национально- освободительной борьбы карабахцев стало проведение 10 декабря 1991 года общереспубликанского референдума, 99,89 процентов участников которого проголосовало за независимость Нагорно- Карабахской Республики. 28 декабря в НКР состоялись выборы в Верховный Совет республики, проходившие под интенсивным обстрелом азербайджанской армии. 6 января 1992 года новоизбранный законодательный орган НКР, исходя из неотъемлемого права народов на самоопределение и основываясь на волеизъявлении народа Нагорного Карабаха, выраженном посредством референдума, принял Декларацию о государственной независимости Нагорно- Карабахской Республики. В тот же день депутаты обратились к ООН, ко всем государствам мира с просьбой признать НКР и помочь предотвратить геноцид армян Арцаха. На следующий день сессия избрала руководителя законодательного органа республики - первым председателем Верховного Совета НКР стал 32-летний Артур Мкртчян.

Председателем Совета Министров был утвержден Олег Есаян. Воспользовавшись распадом Советского Союза, Азербайджан начал разворачивать широкомасштабные военные действия против Нагорного Карабаха. Окружавшие Степанакерт азербайджанонаселенные села были превращены в крупные военные базы, откуда из артиллерийских орудий столица республики планомерно уничтожалась. Начался беспрецедентный за всю историю карабахского конфликта обстрел из 40-ствольного реактивного миномета "Град" - оружия массового поражения, использование которого против гражданских населенных пунктов запрещено многочисленными международными конвенциями (впервые азербайджанская сторона использовала установку "Град", обстреляв райцентр Шаумян, в результате чего погибли люди, в том числе и грудной ребенок).

С того момента, когда в конце 1991 года частям бывшей 4-ой советской армии, практически не вмешивавшимся в конфликт, был дан приказ покинуть территорию Карабаха, республика осталась лицом к лицу с регулярными вооруженными формированиями Азербайджана, оснащенными современной боевой техникой и оружием, авиацией, широко использующими иностранных наемников. Арсенал азербайджанских вооруженных сил в начале 1992 года существенно пополнился за счет захваченных складов Закавказского военного округа бывшей советской армии, расположенных на территории Азербайджана. На них хранились тысячи вагонов боеприпасов, которых, по утверждению военных экспертов, хватило бы для ведения интенсивных военных действий в течение одного года.

1992

В первый же день нового, 1992 года, со стороны Агдама азербайджанские войска в сопровождении 10 танков и БТР атаковали армянское село Храморт и подожгли его. По-прежнему продолжался интенсивный артиллерийский обстрел столицы НКР и армянских сел. 25-26 января батальон национальной армии Азербайджана предпринял наступление на село Каринтак Шушинского района. В результате двухдневных упорных боев атака была отбита. 31 января Азербайджан начал наступление по всей линии фронта.

Расширение военных действий ставило перед необходимостью организации и совершенствования обороны. С этой целью по всей республике на добровольных началах создавались отряды. Для централизации сил и координации их действий был образован штаб сил самообороны. Уже в начале года на территории Арцаха было сформировано более 10 рот и взводов, в состав которых вошло около 1000 человек. Это стало одним из важных шагов на пути к созданию регулярной армии.

В ночь с 21 на 22 января 1992 года была уничтожена находившаяся в квартале Кркжан (бывший Каркарашен) города Степанакерта опорная база азербайджанского ОМОНа. Затем, с 10 февраля, были ликвидированы огневые точки прилегающих к столице НКР сел Малибейли и Гушчилар. Тем не менее, обстановка продолжала оставаться крайне напряженной. С огневых точек противника, расположенных практически по всей протяженности азербайджано - карабахской границы, действовали дальнобойные орудия, причинявшие большие разрушения и гибель десятков людей.

24 февраля Президиум Верховного Совета НКР принял решение о правовом статусе вооруженных формирований республики, которые были подчинены единому командованию.

Одной из первоочередных задач сил самообороны Арцаха стала ликвидация плацдарма противника в Ходжаллу, куда интенсивно перебрасывался значительный контингент живой силы, большое количество техники и снарядов. Открытие через это село коридора, связывающего поселок Аскеран со Степанакертом, имело большое военно-стратегическое значение. Кроме того, необходимо было разблокировать единственный в республике аэропорт, находившийся под контролем этого азербайджанонаселенного пункта. 25 февраля отряды самообороны Арцаха, заняв позиции на западе Ходжаллу, потребовали от противника покинуть военную базу и по предоставленному им гуманитарному коридору вывести мирное население. Сам тогдашний президент Азербайджана А.Муталибов позднее признал, что "коридор, по которому люди могли уйти, армянами все-таки был оставлен" ("Независимая газета", 2 апреля 1992 г.). Между тем азербайджанские военные поступили совершенно иначе: используя в качестве живого щита находившихся в селе жителей, они возобновили артобстрел населенных пунктов НКР, а когда были вынуждены оставить село, сами же расстреляли колонны мирных граждан на подступах к границам Агдамского района. Тот же А.Муталибов связал этот беспрецедентный преступный акт с попытками оппозиционного Народного фронта Азербайджана устранить его от власти, взвалив всю ответственность за происшедшее на него.

В начале марта азербайджанская армия предприняла широкомасштабное наступление по всему фронту. Главный удар был нанесен в направлении Мартакертского, Аскеранского и Мартунинского районов. В результате ожесточенных боев наступление противника было приостановлено. С ликвидацией военной базы в Ходжаллу артиллерийский обстрел Степанакерта существенно не уменьшился. Из города Шуши, возвышающегося над Степанакертом, практически в течение круглых суток велся ракетно-артиллерийский обстрел столицы НКР и других населенных пунктов. 7 мая азербайджанская пехота и бронетехника при поддержке боевых вертолетов МИ-24 предприняли штурм карабахских оборонительных позиций на юго-востоке Степанакерта. Одновременно в тот же день с высот Шуши и близлежащих азербайджанонаселенных пунктов по столице было выпущено около 200 снарядов из установки "Град" и других типов орудий. В результате были погибшие и раненые, вспыхнул пожар на железнодорожном вокзале и в ряде жилых кварталов города.

Командование сил самообороны республики приняло решение подавить опорные базы противника в этих населенных пунктах. Подразделения сил самообороны Арцаха утром 8 мая перешли к контрнаступление, взяв под свой контроль магистраль Шуши-Лачин. К полудню оборона Шуши с севера и востока была прорвана. В результате уличных боев армянские формирования к вечеру овладели центральными кварталами города. 9 мая Шуши был полностью освобожден. После ликвидации огневых точек в Шуши и на других близлежащих территориях НКР перед силами самообороны была поставлена задача - открыть жизненно важную дорогу Шуши-Лачин-Забух, что позволило бы ликвидировать блокаду и обеспечить нормальную жизнедеятельность республики. 18 мая подразделения карабахской армии вошли в Лачин (Кашатаг), тем самым прорвав кольцо трехлетней блокады. 20 мая по дороге Горис-Степанакерт через лачинский коридор в столицу НКР было доставлено сотни тонн гуманитарного груза: продуктов питания, медикаментов и других товаров первой необходимости. За шушинско-лачинской военной операцией последовало некоторое снижение напряженности в зоне конфликта.

Одним из ярких лидеров начального этапа военных действий являлся рабочий парень из Степанакерта - Ашот Гулян, возглавивший сначала небольшой отряд самообороны, а впоследствии – роту. Вместе со своими подчиненными он участвовал в оборонительных боях на самых тяжелых участках линии фронта. За полученные многочисленные осколочные ранения сослуживцы и народ прозвали Ашота Гуляна "Осколком". Командир геройски погиб в конце августа 1992 года, защищая рубежи Мартакертского района НКР. Ему посмертно присвоено звание "Герой Арцаха".

Между тем противник готовился к широкомасштабной военной операции. 12 июня азербайджанские войска предприняли наступление на северо-восточном, восточном и юго-восточном направлениях фронта. На театр военных действий протяженностью почти 120 километров был брошен фактически весь военный потенциал Азербайджана. Кроме того, были задействованы также силы дислоцированной здесь бывшей 4-ой советской армии. С помощью бронетехники, установок "Град", орудий и военной авиации противник сумел захватить весь Шаумянский район, часть Мартакертского и Аскеранского районов, вплотную приблизившись к райцентру Аскеран. В результате беспрецедентного по своим масштабам наступления азербайджанской национальной армии были разрушены и сожжены десятки сел, 40 тысяч жителей республики стали беженцами. С учетом сложившейся ситуации 18 июня Верховный Совет НКР ввел в республике чрезвычайное положение. Была проведена частичная мобилизация, охватившая сержантов и солдат запаса, призывников в возрасте от 18 до 40 лет, офицеров до 50 лет, женщин, имеющих специальную подготовку.

В первых числах июля армия Азербайджана, развивая наступление сразу в нескольких направлениях, захватила райцентр Мартакерт и ряд сел района. Над Арцахом, свыше 40 процентов территории которого было оккупировано азербайджанскими войсками, нависла серьезная угроза.

11 августа президент Азербайджана издал указ о призыве всех демобилизовавшихся из армии в 1991-92 гг., а также о продлении срока службы тех, кто находился в рядах вооруженных сил. В связи с расширением масштабов агрессии и для предотвращения дальнейшего захвата территорий возникла необходимость совершенствования обороны, а также реорганизации системы государственного управления. С этой целью 12 августа Президиум Верховного Совета НКР принял указ об объявлении в республике военного положения. Началась мобилизация мужчин в возрасте от 18 до 45 лет. 15 августа был создан Государственный Комитет Обороны (ГКО) с передачей ему всей полноты исполнительной и части законодательной власти. ГКО, председателем которого стал Роберт Кочарян, был призван мобилизовать все людские и материальные ресурсы республики, перевести предприятия, учреждения и организации, весь общественно-политический потенциал на рельсы военного времени. Для объединения разрозненных и автономно действовавших отрядов самообороны под единым командованием и создания регулярной армии в кратчайшие сроки была осуществлена структурная реорганизация вооруженных сил.

Тем временем на различных участка фронта разворачивались жестокие бои. Одновременно продолжались налеты азербайджанской авиации на гражданские населенные пункты. 18 августа на Степанакерт были сброшены шариковые бомбы, применение которых против ражданского населения запрещено международным правом. В последующие дни бомбежкам подверглись также села Мартунинского, Мартакертского и Аскеранского районов.

В конце лета наиболее напряженным участком оставалось Мартакертское направление фронта. 26 августа ценою больших потерь противнику удалось овладеть автомагистралью Мартакерт-Кельбаджар, имевшей важное стратегическое значение. Малочисленные карабахские силы, действовавшие на Мартакертстком направлении, оказались в тяжелом положении. С целью укрепления войск на данном участке фронта была произведена перегруппировка сил, в результате чего карабахским формированиям в начале сентября удалось приостановить продвижение противника, а на Аскеранском направлении перейти в контрнаступление и освободить ряд сел этого района. В этот же период в полностью оккупированном Шаумянском районе развернулось партизанское движение.

В последней декаде сентября азербайджанские войска дважды предпринимали попытку перерезать лачинский гуманитарный коридор, однако были остановлены в 12 километрах от него, а затем отброшены назад. 19 октября карабахские силы перешли в контрнаступление на юге коридора, выйдя к границам Кубатлинского района.

В ноябре 1992 года армия НКР в ходе контрнаступательных действий на северо-востоке Мартакертского района практически взяла под контроль магистраль Тартар – Мартакерт – Кельбаджар. В течение всего месяца на всем протяжении Мартакертского фронта велись ожесточенные бои. К концу 1992 года по всей линии фронта наметилось снижение активности боевых действий.

1993

В начале января 1993 года военные действия по всему азербайджано-карабахскому фронту вступили в новый этап. Азербайджан задействовал почти весь свой арсенал – штурмовую авиацию, тяжелые танки, боевые машины пехоты.

14 января азербайджанские войска предприняли крупномасштабное наступление в направлении сел Кичан и Срхавенд Мартакертского, а также Чартар Мартунинского районов. Однако противнику не удалось на этих участках продвинуться вперед.

В начале февраля жестокие бои развернулись на северном фронте. С целью освобождения захваченных территорий Мартакертского района командование Армии Обороны НКР 5 февраля дало приказ о наступлении. Сломив в течение нескольких дней сопротивление противника, карабахские силы вышли на стратегический участок дороги Мартакерт-Кельбаджар. К концу февраля в результате упорных боев карабахским силам удалось установить полный контроль над Сарсангским водохранилищем с находящейся здесь электростанцией, имеющей жизненно важное значение для республики.

В период с 27 марта по 5 апреля начались операции по ликвидации военных баз Кельбаджарского района, представлявших серьезную угрозу западным рубежам НКР. 3 апреля были подавлены огневые точки в райцентре Кельбаджар. Захватив перекресток, связывающий Кельбаджар с Гянджой, карабахские силы 5 апреля вышли к Омарскому перевалу. Со второй половины апреля обстановка на фронте стала сравнительно спокойной.

Однако в конце весны и начале лета ситуация резко изменилась. После непродолжительного перерыва противник возобновил боевые действия на всем протяжении линии фронта, выбрав для главного удара восточное, Мартунинское направление. Но все попытки прорвать оборону карабахских войск оказались безрезультатными.

В начале лета командование Армии Обороны приступило к реализации плана по освобождению города Мартакерт, предприняв наступление одновременно по нескольким направлениям. Своей кульминации бои достигли 27 июня – благодаря решительным и согласованным действиям Мартакерт, почти год находившийся под оккупацией Азербайджана, был освобожден.

В ходе освободительных боев в полной мере раскрылся талант полевого командира и стратега Монтэ Мелконяна (Аво), армянина из США. Он прославился еще во время обороны села Мачкалашен Мартунинского района НКР в середине 1992 года, когда противник, вдохновленный успехами в Шаумяновском и Мартакертском направлениях, предпринял широкомасштабное наступление на восточном. Под командованием Монтэ Мелконяна карабахцы не только выстояли в том сражении, но и уничтожили и захватили большое количество боевой техники и живой силы противника. За выдающиеся заслуги перед родиной Монтэ Мелконяну посмертно присвоено звание "Герой Арцаха".

4 июля азербайджанская армия начала крупное наступление одновременно на Аскеранском, Гадрутском и Мартакертском участках фронта, поддерживаемое авиацией и бронетехникой. На всех направлениях противник был отброшен на исходные позиции. Под контроль карабахских сил перешла стратегически важная высота у села Шелли Агдамского района, откуда постоянному интенсивному артиллерийскому обстрелу подвергались населенные пункты Аскеранского района и город Степанакерт.

Тем не менее столица НКР продолжала обстреливаться из города Агдам, где находилось большое количество дальнобойных орудий и установок "Град". С целью обеспечения безопасности Степанакерта перед вооруженными силами Арцаха была поставлена задача ликвидировать военную базу Агдама. 23 июля карабахские войска, сломив сопротивление противника, который бросил на этот участок фронта основную часть своих вооруженных сил, с боями вошли в Агдам. Тем самым была ликвидирована не только угроза систематического обстрела столицы НКР, но и наступления на Аскеран и сопредельные районы.

С ликвидацией этой крупной военной базы руководство Азербайджана было вынужденно выступить с предложением о прекращении огня. 25 июля фактически впервые за время конфликта была достигнута договоренность о трехдневном перемирии.

Однако в начале августа ситуация вновь резко изменилась. Начались беспрерывные атаки на карабахские позиции. В основном они велись на Джебраильском направлении. Благодаря грамотным действиям сил самообороны в ходе контрнаступательных действий в этот период был уничтожен ряд военных баз противника. 16 августа со стороны азербайджанского города Физули было предпринято наступление в направлении южной границы Мартунинского, восточной границы Гадрутского района. Частям Армии Обороны НКР удалось не только отстоять свои позиции, но и в ходе бев освободить ряд ранее оккупированных сел на юге Гадрутского района.

Во второй половине августа бои развернулись по линии Физули-Джебраил-Кубатлы. 22 числа азербайджанские войска были вынуждены оставить г.Физули и одноименный район.

Через день карабахские войска вошли в райцентр Джебраиль, а спустя еще два дня взяли под контроль территорию одноименного района. 26 августа территория Гадрутского района НКР была полностью освобождена. 29 августа азербайджанская сторона предприняла попытку прорвать карабахские оборонительные позиции к югу от Лачинского гуманитарного коридора, однако, отбросив противника, подразделения армии НКР перешли в контрнаступление и 31 августа вошли в райцентр Кубатлы. В тот же день между Азербайджаном и НКР было подписано соглашение о прекращении огня сроком на 10 дней и достигнута договоренность о проведении до 10 сентября встречи руководителей Азербайджана и Нагорного Карабаха.

Однако соглашение не дало какого-либо практического результата в плане перевода решения проблемы из военного в политическое русло. Относительное спокойствие на фронте сохранялось неполных полтора месяца. В ночь на 10 октября Азербайджан возобновил боевые действия на Гадрутском участке фронта. 21 октября части азербайджанской армии начали наступление на Гадрутско-Джебраильском направлении, в результате чего им удалось захватить ряд господствующих высот, вновь поставив под угрозу безопасность населения поселка Гадрут и близлежащих сел. 24 октября войска Армии Обороны НКР перешли в контрнаступление на южном направлении фронта, подавив ряд крупных огневых точек противника, в частности, в населенном пункте Горадиз. Заняв эту военную базу, карабахские силы изолировали от остального Азербайджана Зангеланский, часть Джебраильского и Кубатлинского районов.

Утром 1 ноября бойцы Армии Обороны взяли под свой контроль райцентр Зангелан вместе с сопредельными населенными пунктами. С 10 декабря азербайджанская сторона трижды предпринимала наступление на юго-восточном участке фронта, однако карабахской армии удалось отразить все атаки противника. 15 декабря с баз Агджабединского района Азербайджана начался массированный ракетно-артиллерийский обстрел населенных пунктов Мартунинского района, в том числе города Мартуни. 19 декабря при поддержке танков и авиации азербайджанские войска вновь атаковали позиции карабахской армии на востоке Мартунинского района. Вооруженным силам НКР удалось остановить наступление, а в ночь на 20 декабря отбросить противника на исходные позиции. 22 декабря были подвергнуты артобстрелу позиции карабахских войск на севере и востоке НКР, а на юго-восточном участке фронта азербайджанские силы перешли в наступление. В течение всего последующего дня противник безуспешно пытался прорвать оборонительные рубежи карабахцев на линии фронта протяженностью до 30 километров. 26-27 декабря азербайджанские войска вели наступательные действия на Мартакертском, Мартунинском и Гадрутском направлениях, однако продвинуться им не удалось. К концу 1993 года под контроль карабахской стороны перешла вся территория от железнодорожного узла Горадиз до государственной границы Армении, что дало возможность создать зону безопасности у южных рубежей НКР.

В этот период руководство Азербайджана объявило о мобилизации в армию мужчин в возрасте от 18 до 40 лет. Кроме того, в составе азербайджанской армии на карабахском фронте были задействованы и наемники, в том числе порядка полутора тысяч моджахедов из Афганистана, о чем не раз свидетельствовали и международные наблюдатели. Участие наемников в войне на стороне Азербайджана подтверждали личные документы, военные карты, письма и фотографии, словари, национальная валюта, доставшиеся в качестве трофея карабахским воинам.

В переломный период войны штабом Армии обороны НКР руководил генерал Анатолий Зиневич, кадровый военный, имеющий богатый опыт участия в боевых действиях в различных регионах мира – Эфиопии, Сомали, Афганистане. До добровольного прибытия в Нагорный Карабах он являлся советником министра обороны Республики Армении по вопросам обороны. Благодаря четко разработанным операциям генерала, карабахские войска решали поставленные перед собой задачи при минимальных потерях.

Генерал Христофор Иванян многое сделал для укрепления материально-технической базы Армии обороны НКР, повышения боевого духа и подготовки воинской подразделений и частей, создания прочного тыла. За неоцинимый вклад в дело строительства карабахской армии ему посмертно присуждено звание "Герой Арцаха".

1994

В начале 1994 года Азербайджан предпринял еще одну попытку овладеть ситуацией, активизировав наступательные действия по всему фронту. Тяжелые бои развернулись от высокогорного Омарского перевала до Аракса. Невзирая на огромные потери, противник не отказывался от своих планов. Выдержав оборону и проведя ряд успешных контрнаступательных операций, войска НКР в начале февраля приступили к ликвидации баз противника в зоне Омарского перевала. 18 февраля северный участок, включая Омарский перевал, полностью перешел под контроль карабахских сил. Тем самым Кельбаджарский район целиком был занят войсками Армии Обороны НКР.

В конце февраля и начале марта основные бои разворачивались на юго-восточном участке фронта в направлении Горадиза. Войска противника при поддержке бронетанковых сил, артиллерии и авиации пытались лобовым ударом прорвать оборону карабахцев и продвинуться к Физули. Однако последним не только удалось отстоять свои позиции, но и на ряде участков перейти в наступление.

10 апреля в ходе контрнаступательных действий на северо-восточном фронте вооруженные силы НКР заняли ряд стратегических высот на участке Гюлистан – Талиш. В середине апреля Армия Обороны Нагорного Карабаха освободила армянские села Талиш, Чайлу, Мадагис и Левонарх. Успех сопутствовал карабахским войскам и на юго-восточном направлении фронта. К этому времени им удалось взять под свой контроль магистраль Агдам-Барда.

Военные поражения вынудили Азербайджан принять предложение Российской Федерации о перемирии. 5 мая при посредничестве России, Киргизии и Межпарламентской Ассамблеи СНГ в столице Киргизии Бишкеке Азербайджан, Нагорный Карабах и Армения подписали протокол, вошедший в историю урегулирования карабахского конфликта как Бишкекский, на основании которого была достигнута договоренность о прекращении огня. 16 мая в Москве состоялась встреча министра обороны Армении Сержа Саркисяна, министра обороны Азербайджана Мамедраффи Мамедова и командующего Армией Обороны НКР Самвела Бабаяна, на которой была подтверждена приверженность сторон ранее достигнутой договоренности о прекращении огня. Был также подготовлен документ - "Договоренность о порядке реализации Протокола от 18 февраля 1994 г.", предусматривающий разведение карабахских и азербайджанских войск, создание буферной зоны между сторонами и ввод в нее миротворческих сил. Под документом свои подписи поставили министры обороны Российской Федерации и Армении Павел Грачев и Серж Саркисян, командующий Армией Обороны НКР Самвел Бабаян. Однако министр обороны Азербайджана Мамедраффи Мамедов под документом не подписался – его в срочном порядке отозвали в Баку. Несмотря на это, в зоне нагорно-карабахского конфликта наступило длительное перемирие.

Армия обороны НКР по-прежнему готова дать отпор любой агрессии.

Бишкекский Протокол

Участники встречи, проведенной 4-5 мая 1994 года в городе Бишкеке по инициативе Межпарламентской Ассамблеи СНГ, парламента Кыргызской Республики, Федерального Собрания и Министерства иностранных дел Российской Федерации:

- выразили решимость всемерно способствовать прекращению вооруженного конфликта в Нагорном Карабахе и вокруг него, который не только наносит непоправимый урон азербайджанскому и армянскому народам, но и существенно затрагивает интересы других стран региона, серьезно осложняет международную обстановку;

- поддержав Заявление Совета глав-государств СНГ от 15 апреля 1994 года, высказали готовность оказать полную поддержку усилиям глав и представителей исполнительной власти по прекращению вооруженного противоборства и ликвидации его последствий путем скорейшего заключения соответствующего соглашения;

- выступили за естественную активную роль Содружества и Межпарламентской Ассамблеи в прекращении конфликта, в реализации связанных с этим принципов, целей и конкретных решений ООН и СБСЕ (прежде всего резолюций Совета Безопасности ООН 822, 853, 874, 884);

- призвали все противоборствующие стороны внять голосу разума: прекратить огонь в полночь с 8 на 9 мая с.г., опираясь на Протокол от 18 февраля 1994 года (в том числе и в части размещения наблюдателей), и самой интенсивной работой в кратчайшие дни закрепить это путем подписания надежного, юридически обязывающего соглашения, предусматривающего механизм обеспечения невозобновления военных и враждебных действий, вывод войск с занятых территорий и возобновление функционирования коммуникаций, возвращение беженцев;

- согласились предложить парламентам государств-участников СНГ обсудить инициативу Председателя Совета Межпарламентской Ассамблеи В.Ф. Шумейко и руководителя миротворческой группы Ассамблеи по Нагорному Карабаху М.Ш.Шеримкулова о создании миротворческих сил Содружества;

- считают целесообразным продолжать подобные встречи в интересах мирного решения вооруженного конфликта;

- выразили признательность народу и руководству Кыргызстана за создание превосходных условий работы, радушие и гостеприимство.


Договоренности о прекращении огня

Минобороны Российской федерации
П.С. Грачеву

МУД Российской федерации
А.В.Козыреву
В.Н.Казамирову

Откликаясь на призыв к прекращению огня, изложенный в Бишкекском протоколе от 5 мая 1994 года и опираясь на Протокол от 18 февраля 1994 года, противоборствующие Стороны согласились о следующем:

1. В целях осуществления пункта 2 Протокола от 18 февраля 1994 года обеспечить полное прекращение огня и военных действий с 00 часов 01 минуты 11 мая 1994 года.

Соответствующие приказы о прекращении огня будут отданы и доведены до командиров воинских формирований, ответственных за их выполнение не позднее 15-00 10 мая 1994 г.

11 мая до 20-00 Стороны обменяются текстами своих приказов о прекращении огня с целью их возможного взаимного дополнения и в дальнейшем унификации основных положений аналогичных документов.

2. Просить министра обороны Российской Федерации о созыве в Москве не позднее 12 мая с.г. срочного совещания министров обороны Азербайджана, Армении и командующего армией Нагорного Карабаха с целью согласования рубежей развода войск, других неотложных военно-технических вопросов и подготовки развертывания передовой группы международных наблюдателей.

3. Настоящая договоренность будет использована для завершения в предстоящие 10 дней переговоров и заключения не позднее 20 мая с.г. Соглашения о прекращении вооруженного конфликта.
Руководители вооруженных сил и формирований считают возможным пригласить к подписанию этого Соглашения Председателя Минской Конференции СБСЕ по Нагорному Карабаху.

4. Настоящая договоренность вступит в силу сразу после того, как Посредник уведомит о том, что он получил от противоборствующих сил полностью идентичные документы, подписанные уполномоченными представителями

Министр обороны Армении
С. САРКИСЯН

Министр обороны Азербайджана
М. МАМЕДОВ

Командующий армией Нагорного Карабаха
С. БАБАЯН

PanARMENIAN.Net
Лучшая благодарность мне - ваше хорошее настроение :)
Sergio (Автор темы)
Супермодератор
Супермодератор

Re: Хроника войны

Сообщение S.O.A.D. » 06 янв 2008, 16:24

Что реально произошло в Ходжалу http://www.journal.shoushi.am/ru009.html" target="_blank

Рассказывает Владимир Варданов - организатор и командир отряда “Группа особого назначения”. Беседу ведет Бакур Карапетян. 08 02 2006 г.

Владимир Варданов: Когда в 1989 году начались военные действия, наши силы в Армении были поделены по направлениям. Координатором Северного направления был назначен Багдасарян Геворк, я – специалистом по современным партизанским методам. До этого я служил в двенадцатой бригаде ГРУ СССР, приобрел боевой опыт в Афганистане, арабских странах, в Африке принимал участие в спасательных работах. В декабре 1989 года Вано Сирадегян и Самвел Шагинян поручили мне организовать из ребят, служивших в группах особого назначения, отряд. В январе 1990 года отряд был сформирован.
....................
Владимир Варданов: Ходжалинскую операцию разрабатывали Феликс Геохлян – в то время первый и единственный начальник штаба полка, из советских разведчиков Иван Гукасович – очень грамотный человек, Алик Петросян – начальник штаба еркрапа (ополчения), Вазген Саркисян и я – как специалист по партизанским методам и специальным операциям. Пришли к выводу: для взятия Ходжалу нужно 150 человек. Не меньше.
В Армении у меня была большая зона ответственности – от Красносельска до Ноемберяна. По этому во многих операциях в Карабахе я не принимал участия. Принять участие в Ходжалинской операции предложил мне Гукасов. Нужно было произвести разведу в Агдамском направлении – кто и как пойдет отсюда на помощь Агдаму. За два дня до операции мы расположились в трех километрах от Агдама на подконтрольной азербайджанцам территории, у развилки дорог напротив позиций наших войск в Нахичеванике. Вернулись на следующий день после операции. Возвращались на вертолете с отрядом Смбата Акопяна. У всех было приподнятое настроение – заняли Ходжалу. Там погиб один из наших товарищей – Карен Геворкян из отряда Смбата Акопяна.
Бакур Карапетян: Операция прошла по разработанному плану?
Владимир Варданов: Нет. Разработали новый план. В первом варианте главный упор делался на силы особого назначения, операция предполагалась десантно-штурмовая. В ней главную роль должен был играть я. Но выяснилось, что 150 человек, служивших в специальных войсках, собрать не удалось, и разработали новую – общевойсковую операцию. Тем более, что занять населенный пункт – мало, нужно еще его удержать. В новой операции моя и моих разведчиков роль бала второстепенной - наблюдение за передвижениями азербайджанцев в агдамском направлении.
То, что потом я увидел в азербайджанском телевизионном сюжете о Ходжалу – трупы азербайджанцев, собранные на небольшом поле, сплошная ложь. И я могу это доказать. Дело в том, что поле, на котором они собрали трупы, это то самое место, откуда я со своими разведчиками вел наблюдение за дорогой из Агдама. Здесь не было никаких боевых действий. Трупы сюда завезли позже. Спустя 7-8 часов после того, как мы покинули наш наблюдательный пункт.
Бакур Карапетян: Территория эта была подконтрольна нашим войскам?
Владимир Варданов: Нет, это было азербайджанская зона. Мы сюда пробрались скрытно, чтобы вести разведку. Наши войска находились в 4-5 километрах отсюда, в районе Нахичеваника. Здесь были только мы – маленькая разведгруппа, которая во время ходжалинской операции не произвела ни одного выстрела.
Бакур Карапетян: А что это за трупы, откуда они взялись?
Владимир Варданов: Не думаю, что азербайджанское руководство могло быть до того подлым, чтобы преднамеренно расстрелять своих людей, убегающих из Ходжалу. Скорее всего, дело происходило так: наши на нахичеваникских позициях заметили азеров и открыли предупредительный огонь. Перестрелка длилась одну-две минуты. Не больше. Азербайджанцы поняли, что пошли не в ту сторону и повернули назад. Минут через 10-15 с азербайджанских позиций, расположенных напротив Нахичеваника, начался мощный огонь. Не исключено, что, заметив большую группу людей, азербайджанцы подумали, что это армяне атакуют, и открыли сильный огонь по своим. Очень мощный был огнь. Я глубоко убежден, что так оно и было – азербайджанцы сами перебили своих. Объективно их не в чем винить, они защищали свои позиции, информации никакой не имели.
Если бы они погибли в районе Ходжалу, их трупы не появились бы здесь, у Нахичеваника, и не приехала бы съемочная группа, и азербайджанское руководство не проливало бы крокодиловы слезы по поводу «безвинных жертв». Даже мне, воюющему с ними, было не по себе, когда показывали трупы. Но когда показали местность, на которой были собраны эти трупы, все стало понятно: чтобы свалить вину на армян, они собрали вблизи азербайджанских позиций у Нахичеваника трупы, перенесли на эту поляну и отсняли для телевидения. Повторяю, в ту ночь здесь никаких трупов не было. Здесь были мы. Возвращались мы к себе на следующий день, в полдень. И тоже никаких трупов не было. И перестрелок никаких не было.
Аватара пользователя
S.O.A.D.
Частый гость
Частый гость

Re: Хроника войны

Сообщение S.O.A.D. » 14 янв 2008, 00:10

Геранбойский батальон

http://video.mail.ru/bk/rabiz/114/47.html" target="_blank
Аватара пользователя
S.O.A.D.
Частый гость
Частый гость

Сообщение branetsi » 17 май 2009, 17:52

Sergio
мне очень интересно откуда ты берёшь такие истории??я почемуто за 5 лет мало видел и знаю сколько ты :10: да и тут такой ощушение что ты спрашиваешь и сам себя отвечаешь разве это назовается форум???
Аватара пользователя
branetsi
Посетитель
Посетитель

Хроника войны

Сообщение Sergio » 17 май 2009, 18:06

такую несуразность я только на дейзе читал. Теперь и тут вот встретил
Даже не знаю как обяснить чтобы точнее. Поизучайте стили повествования. может поймете к чему вопросы и отчего я сам отвечаю
Лучшая благодарность мне - ваше хорошее настроение :)
Sergio (Автор темы)
Супермодератор
Супермодератор

Хроника войны

Сообщение ЮджиннА » 22 окт 2013, 18:03

Аскерня с каждым днем все больше наглеет :devil:

-------
Сегодня около 13:14 азербайджанская сторона открыла интенсивный огонь по трассе Берд – Иджеван на территории Тавушской области Армении, в результате чего пострадали люди. Об этом сообщает пресс-служба министерства обороны Армении.
Согласно сообщению, в результате открытого огня по колонне военных машин, которые перевозили военнослужащих на боевое дежурство, погиб военнослужащий срочной службы, рядовой Гарик Погосян (военный комиссариат Ванадзора, 1994 года рождения, первый призыв 2012 года).
Рядовые – Артур Андраникян (военный комиссариат Вайка, 1994 года рождения, первый призыв 2012 года), Араик Жамкарян (военный комиссариат Масиса, 1994 года рождения, первый призыв 2012 года) и Мартин Петросян (военный комиссариат Масиса, 1994 года рождения, первый призыв 2012 года) получили огнестрельные ранения различной степени.
Минобороны об инциденте поставило в известность офис личного представителя действующего председателя ОБСЕ Анджея Каспшика.
Министерство обороны Армении также заявляет, что данное преступное, провокационное действие противника не останется без ответа.
Carpe diem...
Аватара пользователя
ЮджиннА
Ночь
Ночь



Вернуться в Арцах



Активность

Сейчас этот форум просматривают: CCBot и гости: 0

⇑ Наверх
⇓ Вниз