Ветвь 3: (в стихах). Смерть Давида и Хандут-хатун

Армянский эпос

Ветвь 3: (в стихах). Смерть Давида и Хандут-хатун

Сообщение MinIrAl » 16 мар 2010, 22:48

Взял Давид Хандут, приехали домой,
И девушку Давид привез домой.
Как сражался с Мгером Давид,
Он весь обагрился кровью.
Сказал: «Хандут, воды принеси, умоюсь я».
Давид одежду снял, умыться хотел.
Взглянула жена — а крест на его руке
Почернел весь, как уголь стал.
Заплакала, загрустила она.
Давид сказал: «Жена,
Чего ты плачешь и грустишь?»
Она же: «Ратный крест на руке твоей
Почернел, как уголь стал».
А он: «Хандут-хатун,
То не Мгер мечом мне голову разил,
То мой Ратный крест поражал меня!
Жена, мой долг к Чымшкик-султан идти,
Я клятву дал вернуться через семь дней.
Прошло семь лет, обманул я ее,
Я еду, жена».
И в тот же час он встал,
Коня Джалали оседлал,
Опоясал Молнию-Меч и ускакал.
Скакал, скакал, доскакал до чертога
Чымшкик-султан. Увидела она,
Что подъехал Давид к чертогу ее, сказала:
«Давид, ты на семь дней мне клятву давал,
А прошло семь лет!
Без мужа осталась я,
На дорогу глядела, ждала».
Давид сказал: «Ну, приготовься,
В бой выйдем на майдан!»
Она сказала: «Дай мне час.
Для боя оденусь я,
В доспех облачусь, жди!»
Давид привязал коня Джалали
У двери Чымшкик-султан, а сам сказал:
«Конь останется тут,
Я же к реке спущусь, окунусь.
Пока облачишься в доспех».

Одежду снял Давид,
В реку вошел.
Тростник у берега рос.
Вот дочка Чымшкик-султан
В руки взяла стрелу, отравила ее,
В тростник зашла, притаилась там.
Пока Давид купался в реке,
Подкралась девочка тайком
И пустила в Давида стрелу.
Вонзилась в спину, вошла стрела.
Наружу вышла через грудь.
Вонзилась, и вскрикнул Давид,
А голос его — семи буйволов крик,
Он долетел в Сасун.
Кери Торос услыхал тот крик,
Сказал: «Молодцы, лао, вставай.
Убили Давида».
Кери Торос, Ован-Горлан,
Чынчха-порик, Котот-Мотот,
И Хор-Манук, и Хор-Гусан — все скопом пошли.
А Ован-Горлан из Сасуна вскричал:
«Давид, мы идем!»
И на помощь к Давиду пришли.
И дошли до той воды.
Давида спросил Кери:
«Удалец, лао, кто тебя поразил?»
А тот: «Не ведаю, кто поразил, —
Кто-то из тростников меня поразил!»
Тогда пошли к тростникам.
Пошли, набрели, глядят:
Голубоглазая девочка там —
От Давидова крика со страху она умерла.
А Давид, как узнал, что сразила его
Дочка Чымшкик-султан,
Сказал: «Мой червь — в теле моем,
Мое семя убило меня!»
Так молвил Давид,
И замолк, и дух испустил,—
Вашим детям он солнце свое завещал.
Он умер. Взбесился конь.
Он привязь сорвал, выбежал вон.
Сколько в пути ни встречал людей,
Скота, лошадей — он всех
Копытами бил, топтал.
Примчался, возле дверей Хандут-хатун стал
Вышла Ханду -хатун, посмотрела.
Видит, конь прискакал, а хозяина нет.
Тотчас весть приняла.
Что пропал Давид — его нет.
Кери Торос сказал:
«Принесите, друти, Давида,
Посадим в седло, привяжем к коню.
Поедем, джигитуя, в путь —
Быть может, не поймет Хандут.
Что скончался Давид».

Но Хандут на крышу взошла —
Высока их крыша была.
Был на скалах построен дом.
На четыре она стороны глядит:
Живым или мертвым вернется Давид?
Глядит Хандут и видит:
Вон, джигитуя, едут они.
Но не дрогнет Давид в седле,
Хандут поняла, что мертвый едет Давид.
Сказала;
«Вот достойный вернулся,
Недостойный вернулся, —
А мой храбрый Давид не вернулся!»
А Трус-Верго, старикашка.
На крыше рядом с ней стоял.
Он подошел, сказал Хандут:
«Без боя пал Давид — теперь
Быть хочу я любезным тебе!
Храбреца Давида лишилась ты —
Другой найдется муж-господин!»
Вскричала Хандут:
«Свет солнца отныне Запретным мне будет..
После Давида не буду я жить!»

Взошла Хандут на крепость
И с башни бросилась вниз.
lО камень грянулась головой —
И выбила в том камне яму.
И стали сасунцы просо всыпать туда:
Всыпают и в яме толкут, как в ступе.
Где пали груди ее, там бьют два студеных ключа,
А на месте семи ее кос и поднесь
Семь черных стоит столбов.
И теперь еще лежит
Перед крепостью ступа.

Пришли, увидали, что не стало Хандут-хатун.
Одно горе стало двумя!
Кери Торос сказал:
«Кто же успел ей сказать?»
Говорят: «Ей Трус-Верго сказал».
Торос сказал: «Старый пес, подождал бы нас!»

Принесли, обернули саваном их.
Связали друг с другом мертвых.
Вот сорок иереев, и сорок чернецов,
И сорок дьячков,
И с ними городской весь люд
С рыданьем, молитвами, воплем
Их в Цовасар проводили.
У Марута, близ церкви погребли.
Недельной скорбью почтили.

Господь, помилуй души их!
А вам всем — здравствовать да жить!
Разделяет не пропасть, а разница уровней...
Аватара пользователя
MinIrAl (Автор темы)
Полуночник
Полуночник


Вернуться в Армянский эпос



 


  • Похожие темы
    Комментарии
    Просмотры
    Последнее сообщение

Активность

Сейчас этот форум просматривают: CCBot и гости: 0